Name: Ватага. Атаман
Author: Андрей Анатольевич Посняков

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Приказа блокировать город он не давал. Ватажники никого не задерживали, ездить не мешали. Однако, возникни такая нужда, неспешно идущие вверх вдоль Волхова отряды могли мгновенно стать боевыми и сжать врага в кольце плотной осады. Вожников специально отрядил в них воинов двинских, онежских, русских – чтобы при получении приказа не заколебались, с вечами и посадниками советоваться не побежали.

Основными ударными частями, вернувшимися на борта ушкуев после перетаскивания их через бушующее мелководье, разумеется, стали участники еще самой первой ватаги.

Главным их оружием стало серебро, оттягивающее поясные сумки после первой дележки, и желание погулять. Егор уже имел возможность убедиться, сколь эффективной бывает щедрая, разгульная пьянка для воздействия на неокрепшие умы. Он не желал покорять Новгород, он хотел переманить его на свою сторону. Но если «мирный план» провалится и что-то пойдет не так – Егор был уверен, что старые друзья поддержат его без малейших колебаний. Пусть совет города только попытается арестовать его за возвращение без спроса – и местная стража тут же встретит на пути три сотни привычных к боям ратников.

Поднимут на копья – и как звать не спросят.

Атаман был готов к худшему, надеялся на лучшее, но чего ожидал меньше всего – так это восторженной толпы, встретившей его ушкуи прямо у причалов. Им кричали «любо», бросали цветы, обнимали, просто хвалили, звали выпить и на постой, растащив-таки по пути добрую половину ватаги.

Благодарственный молебен Вожников намеревался отстоять в церкви Святого Георгия – и тут его ожидал последний шок, чуть не перевернувший разум.

После коротких переговоров с батюшкой в храм внезапно вошел сам архиепископ Новгородский и Псковский отец Симеон и безо всяких условий и уговоров взялся лично провести службу!

После причастия мудрый пастырь сказал ему неожиданные слова:

– Сами подвиги твои во славу новгородскую любые грехи твои искупают, сын мой, – чем окончательно вогнал Егора в ступор. Князь Заозерский ожидал угроз и стражи, а получил благодарность и отпущение грехов.

Тут у любого мозги разом перегреются! – И не держи зла на люд новгородский. Беспокоен он бывает порою, но коли сердцем прикипит, то навеки.

– Благодарю тебя, отче. – В полном смятении атаман приложился губами к руке, вышвырнувшей его из города. – Кто ко мне с добром, для того и мне ничего не жалко."

"– Золотые слова, сын мой, – перекрестил его отец Симеон. – Твоя душа не столь сумрачна, как мне казалось поначалу.