Забытые смертью читать онлайн

Наташа была при смерти, когда твоя Катерина пришла похвалиться письмом. Показала. Конечно, похвасталась, что ты обещаешь вернуться к ней. А сестра была ошибкой молодости. Жаль, что не было тебя на тот момент рядом. Уж я бы сумел вправить мозги! За всех нас! Наташка умирала от бруцеллеза! Не мог ты подождать? Ты своим письмом убил ее в тот же день. А теперь шлешь телеграммы! Кому? Отец тоже умер. Через месяц. Не пережил. И проклинал тебя перед смертью.

Что мне сказать? Ты погубил мою семью. А пишешь, что помнишь? Я тоже помню.

Долгой черной памятью вспоминать буду тебя до конца жизни. Твое счастье, если не встретимся. Но если доведется свидеться, ты эту встречу уже не вспомнишь… И, кстати, твою потаскуху позавчера увезли в психушку. Навсегда. Она на почве своих потребностей свихнулась. Тебя ей недоставало, паршивого кобеля! Ну да ничего, отольется и тебе смерть сеструхи! Пусть и тебя не обойдет лихом судьба…»

Прочитав письмо, Данила с лица почернел. Замкнулся. Долго ни с кем не разговаривал. И пристрастился к чифиру.

Незаметно, понемногу опускался.

Он ни с кем не делился своей болью и бедой, считая, что сам виноват во всем. Лишь одно имя не мог слышать без трепета. А другое — без проклятья.

Он навсегда остыл к бабам. Словно забыл, что жизнь назло всему продолжается. Он часто сидел на берегу Алдана. До глубокой ночи, до самой росы. О чем думал и вспоминал, что видел?..

Другую реку, тихий шелест воды, ушедшую молодость и любовь…

Глава 9. ПРОШКА

Старого похабника Прошку за много верст вокруг зверье знало.

Не только люди, даже таежная живность понимала, что к старости и дураки умнеют. Все способны остепениться. Того даже возраст требует. Но только не Прошка."

"С утра, едва рассвет проклюнется, высовывается из палатки его плешатая голова. Оглядит все окрест. И, не сделав ни шагу дальше, прямо из двери вонючей струей обольет любого, кто в это время у входа окажется.

Вскрикнет испуганная ворона, не ожидавшая для себя такой напасти, обругает мужика за легкомыслие. Тот рубаху на груди раздерет.

И такую наколку вороне покажет, что та до конца жизни каркать разучится. Сиплым шипеньем тайге разболтает, что на груди у мужика увидела.

Таков был Прошка! Когда слов не хватало, а матерщинный запас повторять не хотелось, в любом споре и ссоре первым и последним аргументом выпячивал свою татуировку. Единственную и неповторимую, шедевр лагерного изобразительного искусства, музейный экспонат, доставивший Прохору много неприятностей и смеха.