Зло читать онлайн

Читая оперативные справки Пятого управления КГБ, он анализировал обстановку в стране и понимал, что постепенно КПСС теряет свои незыблемые позиции. Многие вступают в партию исключительно по соображениям карьерным и даже не скрывают этого. Да и сама партия переродилась. Он, вступив в нее совсем молодым человеком, еще верил в ленинско-сталинские идеалы, но чем дальше Матвей Кузьмич работал в аппарате, тем лучше понимал надуманность догматических истин.

Огромная страна с невиданными посевными площадями, с невероятными возможностями развивать животноводство, не могла обеспечить своих сограждан продуктами.

И это длится без малого шестьдесят пять лет. И никаких светлых перспектив для «населения», как именовали партийные боссы сограждан, он не видел.

Уже много лет он был доверенным человеком Первого лица. Именно Матвей Кузьмич пополнял тайные и, как говорили, партийные счета. Но на самом деле этими деньгами вполне могли распоряжаться чада и домочадцы некоторых членов Политбюро. А сам Матвей Кузьмич давно уже мог безбедно жить на Западе.

Коллекция Фаберже, упрятанная в Лионский банк, одна из лучших в мире. Самые редкие вещи были взяты из знаменитого банка в Ереване. Шорин тогда провернул эту операцию блестяще. И последствия умело погасил, запрятав любопытного журналиста в тюрьму.

Деньги, которые Сашка привозил, Матвей Кузьмич тратил на приобретение обожаемого им Фаберже. Увлечение это началось давно, еще в сорок девятом, когда капитан Шорин привез ему после обыска несколько работ знаменитого мастера.

Рытов не относил себя к знатокам искусства, считая картину «Утро нашей Родины» верхом совершенства. Но он как-то сразу влюбился в изысканность линий и красоту изделий великого мастера. С той поры Фаберже стал его болезнью. Он скупал его через подставных лиц и дома и за границей.

Держать всю эту красоту на даче или в московской квартире нельзя. Уж слишком много глаз следили за ним. Но все же один затейливый шкаф с вазами, чашами, ковшами стоял в его кабинете.

Рытов вошел в темно-сумрачный кабинет, зажег специальные лампы, вмонтированные в полки шкафа.

Темнота комнаты и яркий, праздничный блеск серебра и золота за стеклом, камни, искусно вставленные в чаши, засветились синим, рубиновым, красным огнем. Вот оно, настоящее, подлинное счастье, ради которого нужно жить. Рытов неотрывно глядел на всю эту красоту, и к нему пришел долгожданный покой. Все, что происходило за темными окнами кабинета, показалось ему глупым и несущественным.