Name: Штрафники против гитлеровского спецназа. Операция «Черный туман»
Author: Сергей Егорович Михеенков

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Екименков стоял возле крыльца. Одной рукой он придерживал винтовку, а в другой дымилась самокрутка.

– Ну? Никого?

– Никого. Тихо.

– Примак этот, гляжу, знакомый ваш? – кивнул на дверь фельдшер.

– Знакомый. В сорок втором вместе из окружения выходили. Летающий стрелок Ил-2.

– О! Фигура! Как же он тут оказался?

– Сбили. Тут, недалеко.

– А из окружения с ним где выходили?

Воронцов смотрел на Екименкова, рассеянно отвечал на его вопросы и думал совершенно о другом. Но когда фельдшер повторно спросил о выходе из окружения, Воронцов насторожился.

Для обычного любопытства эти уточняющие вопросы были слишком необычны.

– Слушай, Екименков, давно у тебя хотел спросить, кто у нас в роте к Лозовичу бегает? Не знаешь?

Лейтенант Лозович в полку исполнял обязанности начальника особого отдела. В каждой роте и в каждом взводе у него были «свои» люди. Те, кто докладывал о настроениях солдат и командиров. Какие разговоры ведут солдаты в окопах, кого ругают, что пишут из дома… Когда стояли под Дебриками, несколько раз Воронцов видел в окопах младших лейтенантов, дознавателей полковой контрразведки.

Никаких особых происшествий в роте накануне не происходило, так что и расследовать было вроде бы нечего. Но дознаватели шныряли по ходам сообщения, подолгу сидели в землянках. Воронцов старался их не замечать, даже любопытства не проявлял. Знал, стоит поинтересоваться хотя бы у того же лейтенанта Лозовича, что делают его подчиненные на вверенном ему, старшему лейтенанту Воронцову, участке обороны, тот сразу занервничает, начнет коситься по всякому поводу и без повода.

Так что оставалось смотреть на все происходящее и делать вид, что так и должно быть, что после ночи наступает утро, а весной на деревьях появляются листья…

Фельдшер выслушал вопрос своего ротного как долгожданный. Затянулся крепким табаком, старательно добивая слюнявое колечко, так что оно вдруг лопнуло и посыпалось вниз горящими искрами, и сказал:

– Знаю. Чего ж не знать.

– Кто?

– Да я и бегаю. Только не бегаю, а хожу. Раз в две недели.

Если нет ничего срочного. Пока не было. – Фельдшер посмотрел на Воронцова в упор. – Вот такие дела, товарищ старший лейтенант.

Воронцов не ожидал такого откровения Екименкова и вначале опешил. Тот, видать, почувствовал его замешательство и покачал головой:

– Мои обстоятельства вам известны. Попробуй откажись… Между прочим, лейтенант Лозович каждый раз спрашивает о вас. Теперь я понимаю, почему. Окружение… Эх, будь она проклята, эта война! – вздохнул фельдшер.