Будь моей читать онлайн

И все же ни тот, ни другой не произносили волшебных слов, которые дали бы им возможность покончить с помолвкой. Вместо этого они упорно пытались вложить новый смысл в слово «упрямство».

Несмотря на то, что время от времени выглядывало солнце, погода была холодной, но до сих пор они еще не попадали в буран, а Василий надеялся, что снежная буря заставит Александру повернуть назад, к дому. Впрочем, Василий и сам был близок к отчаянию, хотя в Кардинии, как и во всякой другой стране, бывают суровые зимы, Василию редко случалось удаляться в это время года от приветливого и теплого очага.

Так что если кому и было суждено страдать во время снежной бури, то, конечно, скорее ему, а не Александре.

Разумеется, следует отдать Василию должное, — и он сам, и Лазарь полагали, что невеста Василия — нормальная изнеженная дама. Им было невдомек, что Александра — дитя природы и лучше чувствует себя вне дома, чем под крышей, и, по-видимому, в любое время года снежный ураган причинял ей неудобств не более, чем минувшие три с половиной недели в седле.

Было еще светло, когда путники наконец добрались до перевала и начали спуск. Почти все утро ярко светило солнце, и, преодолев уже половину опасного пути, они начали понемногу успокаиваться, несмотря на то, что в небе потихоньку стали собираться мрачные черные тучи, угрожающе нависая над западным склоном горы. Не прошло и часа, как везение кончилось. Снег повалил такой густой, что в двух шагах было не видно дороги, и пришлось разбить лагерь. Пока ставили шатры, Александра принимала активное участие в поспешном сооружении укрытия для лошадей.

Для этого она использовала и сами повозки, и все их содержимое, и по крайней мере половину лишних одеял, которые захватила с собой как раз на такой крайний случай. Она носилась туда и сюда, и сквозь зубы проклинала, не переставая, Василия за то, что он потратил целую неделю на свою чертову графиню, в результате чего они и торчат теперь на вершине горы вдали от какого-либо приличного укрытия.

Вдруг Александра остановилась, решив сначала, что ей мерещится, когда увидела, что граф помогает ей строить укрытие для лошадей вместо того, чтобы позаботиться о собственном шатре и комфорте. Она вяло выругалась еще пару раз, но уже без прежнего удовольствия, а потом и вовсе перестала браниться, в глубине души ощущая нечто подозрительно похожее на чувство вины.

Итак, он все-таки мог совершить что-то направленное не только на собственную пользу или удовольствие.