Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Нашептывая на ухо сонному Магу глупые нежные слова, принцесса то с горечью, то с радостью думала о том, что есть, верно, на свете настоящие девы-воительницы с непреклонным характером, но она к таким не принадлежит. К счастью или к беде, это еще предстояло понять, она походила на краба, у которого под жесткой скорлупой таится нежное розовое мясо. Сравнение — нечего и говорить — грубое, но точное, и, признавая это Чаг не мешала губам проснувшегося Лагашира касаться ее лица и шеи.

Прошли сутки.

Маг начал заметно набирать силы, и, отдаваясь его ласкам, Чаг не переставала удивляться тому, что мужчина может быть таким нежным. Но настоящим откровением явилось для нее то, что сама она способна испытывать к нему такую всепоглощающую нежность.

Эти двое суток поистине были самыми длинными и страшными, но в то же время самыми короткими и счастливыми в ее жизни. А на утро третьего дня ураган стих, выглянуло солнце, и почерневший, едва стоявший на ногах от усталости и бессонницы Гельфар, ввалившись в каюту, где Лагашир, поглядывая на разметавшуюся во сне Чаг, готовил себе снадобье из принесенных корабельным лекарем трав, прохрипел:

— Мы пережили шторм — дело за вами.

Отыщите ваш живой компас, иначе нам никогда не найти ""Забияку"" — на море не видно ни одного паруса.

Мгал подождал, пока Лив выберется из трюма, и по лицу девушки понял, что опасения ее подтвердились."

"— Вода прибывает с той же быстротой, с какой ее удается откачивать.

Я предупреждала, что ""Забияку"" доконает даже небольшой шторм. Если бы вы меня послушали, отвели его в док, проконопатили, просмолили заново, укрепили шпангоуты, сменили мачту, тогда… — На глазах девушки блеснули слезы. — Впрочем, говорить об этом поздно, вы получили то, что хотели. Ты пустил на ветер наследство Дижоля, капитан Мгал! — Лив горько усмехнулась, и у северянина возникло желание ударить ее, но вместо этого он спросил:

— Что еще мы можем сделать, чтобы добраться до берега?

— Молить Шимберлала о том, чтобы не поднялось волнение, и продолжать откачивать воду.

Северянин перевел взгляд на Фипа, потом на Бемса и Номбера.

— Мачту и паруса унес шторм. Рулевые весла сломаны, в трюме полно воды. Вся надежда на весла, артемон и попутный ветер, — проворчал Номбер.

Глядя, как нос ""Забияки"" зарывается в воду, Мгал поморщился, а вспомнив о смытой за борт шлюпке, ощутил неприятный холодок под ложечкой.