Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Но еще раньше старший лейтенант двумя длинными шагами сократил расстояние между собой и старшиной и схватил того за плечи:

– Вернулся, Максим!

– Точно так, товарищ старший лейтенант! Вернулся. Спать хочу, сил нет никаких уже вообще.

– Ничего, старшина, отоспаться время будет, – ответил с места Федоткин. – Пара вопросов у нас к тебе всего есть, а потом спи – хоть тресни. Насчет чая горячего я распоряжусь, да и перекусить что-нибудь сообразим, проголодался небось?

* * *Ответ на «пару вопросов» затянулся часа на три.

И только тогда, когда мой язык стал откровенно заплетаться, начальство, смилостившись, отпустило меня поспать. Как я добрался до дома, как укладывался – не помню ничего. Кто-то что-то меня спрашивал, я спросонья отвечал…

Не помню. Ничего не помню.

* * *– И что вы хотите этим сказать? – Федоткин неприязненно покосился на особиста.

А тот, словно никогда и спать не ложился, – опрятный и подтянутый, даже чисто выбритый, невозмутимо делал какие-то пометки в своем блокноте.

– Я? – удивился Азаров.

– Помилуйте, товарищ майор, да я вообще ничего не говорю! Это все показания ваших же солдат!

– Так… – пригладил волосы майор. – Давайте все сначала, я уже что-то запутался.

– Хорошо, – наклонил голову особист. – Сначала так сначала.

Он перекинул несколько листов блокнота.

– После нападения на немецких часовых никто старшину Красовского не видел до момента его появления на точке сбора. Это подтверждено показаниями почти десятка человек. Что он делал и где находился?

– Он напал на расчет немецкой пушки! – вставил свое замечание ротный.

– Она вела огонь по своим, и это видели многие!

– То, что орудие вело огонь, никто и не отрицает, – спокойно парировал капитан. – Вот только Красовского там никто не видел, все это известно лишь с его слов. Ладно. Продолжим. Получив приказание прикрыть отход, старшина вместе с бойцами своего взвода выдвигается опять-таки к позициям зенитчиков. Не стану оспаривать целесообразность такого решения – я все же не строевой командир и чего-то могу и не понимать.

Но! Дальше опять непонятно.

– Есть же показания Охримчука и Казина – там все предельно ясно, по-моему… – буркнул с места Горячев."

"– Что именно вам понятно, товарищ старший лейтенант? – поинтересовался особист. – То, что, выпустив по складу – практически в упор – три десятка снарядов, удалось взорвать всего два вагона? И все? Весь ущерб?

– Красовский – не артиллерист. Даже и такой результат – и то удача! – парировал ротный.