Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Не знаю я ничего ни о каком связном. Завтра про врача спросите или, что более вероятно, про медсестру. Так давайте я вам сам напишу, с кем встречался, с кем общался, чтобы попусту ваше время не тратить, да и свое заодно.

Особист явно удивлен такой внезапной готовностью помочь с моей стороны. Некоторое время он раздумывает, потом кладет передо мной крохотный огрызок карандаша (таким и при желании ничего членовредительского не сотворить) и кивает на небольшой столик около стены:

– Садитесь там и пишите.

Присаживаюсь в указанном месте, подвигаю к себе стопку бумаги и принимаюсь за бумагомарание.

Нет, я совершенно не выжил из ума настолько, чтобы облегчать Особому отделу задачу по собственному разоблачению. Тогда, спрашивается, за каким фигом мне все это нужно?

А ответ предельно прост: еще в свой первый визит к особисту я заметил, что он все свои записи делает на листах бумаги, которые берет из небольшой стопки, лежащей с краю стола. Когда он потребовал от меня собственноручно изложить историю моей прогулки по немецким тылам, то усадил за этот самый столик, куда и положил несколько листов бумаги.

Казалось бы, обычная бумага, чего в ней особенного? Но на этих листах имелся угловой штамп Особого отдела. И при известном навыке и знании правил оформления официальных документов на подобном вот листике можно было вполне убедительно изобразить некий сопроводительный документ. Глаза у любого патрульного, да и вообще у кого угодно первым делом зацепятся именно за угловой штамп. А это не контора «Заготскот», а вполне себе серьезная организация.

Так что несколько минут времени я таким макаром точно отыграть смогу. По крайней мере сразу не бросятся мне руки-ноги вязать. А дальше-то я что-нибудь придумаю. Спереть со стола один такой лист большой сложности не составило. Я намеренно изображал волнение, чесал в затылке, хмурился и что-то бормотал себе под нос. Пусть хозяин кабинета видит, что я добросовестно пытаюсь вспомнить что-то важное.

Обозрев мою писанину, капитан открывает стол и убирает туда бумагу:

– Идите, Красовский.

И хорошенько подумайте над тем, что вас ждет в самом ближайшем будущем. Рекомендую отнестись к этому со всей возможной серьезностью.

Ну, если бы он знал, насколько серьезно я вообще ко всему отношусь, то таких пожеланий, наверное, бы не делал.

* * *Ночь наступает как-то неожиданно, и я присаживаюсь в углу, ожидая смены часовых. По моим прикидкам, она должна произойти в ближайшие несколько минут.