Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Схватился за простреленную ногу и осел на землю наблюдатель.

Десант нес потери, но не останавливался – надо было выйти из сжимающегося кольца. Увы, это удалось сделать совсем немногим…

* * *А капитально фрицы тут все обложили!

Со всех сторон раздавалась стрельба. Где-то в лесу длинными очередями лупили пулеметы. Я только подивился энтузиазму пулеметчиков. Это точно не наши, стрелки разом высаживают чуть не по полсотни и более пуль зараз. Ребята несли с собою ДП – а у того диск всего на сорок семь выстрелов – потом менять надобно, перерыв в стрельбе.

А здесь лупят почти безостановочно, стало быть, пулеметы имеют ленточное питание. Да и, кроме того, по звуку и темпу стрельбы немецкое оружие отличается от нашего, так что сомнений никаких – фрицы обложили лес и сейчас пытаются захлопнуть крышку котла. Чтобы без помех переварить всех, кто в него попал.

И что я могу в этой ситуации сделать?

На выстрелы бежать?

Куда именно – они тут повсюду!

Соблазнительно, конечно, вылезти немцам в тыл и лихо расстрелять десяток-другой… в сказках это еще и не так бывает.

А на практике, после того как я завалю двоих-троих, оставшиеся фрицы быстро врубятся в ситуацию – и плохо станет уже мне.

С другой стороны – я свое дело уже сделал. Не дал танкам размазать ребят по земле, отвлек внимание на себя. Один подбил и еще один зажег – лепота! Хорошо еще, что позиции зениток расположены так, что друг друга им обстреливать невозможно, вот и получился у меня небольшой резерв по времени, отпущенному на хулиганство с зениткой.

Дважды так в жизни не везет – надо благоразумно уносить ноги!

Все так, но я упрямо сворачиваю в сторону выстрелов.

Холодная голова в бою – это, конечно, здорово… но генералом мне не быть – не могу спокойно уходить по известному маршруту, в то время как где-то в лесу прессуют моих товарищей. Это у высшего руководства вполне себе в ходу понятие о «допустимых потерях», а я такими категориями мыслить не умею. Особенно когда в число этих «допустимых потерь» входят мои друзья и товарищи.

Те, с кем вместе спал и делил хлеб.

Те, с кем рядом воевал.

Те, кто прикрывал мне спину.

А я что же, должен сейчас спокойно скрыться в лесу?

Не могу… и никогда не смогу.

* * *"

"Черт знает, куда торопились эти немцы. Коробки с пулеметными лентами в руках тащили, ящики какие-то. Наверное, к пулеметам ленты волокли, у них там, судя по звуку, тот еще расход боеприпасов наблюдается. Но друг на друга мы натолкнулись абсолютно неожиданно. Для всех, в том числе и для меня.