Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Зачем кому-то быть здесь, если только не за тем, чтобы потрахаться?

Он склоняется первым, обхватывает ладонями твое лицо, а затем целует. Но уже иначе, чем в туалете. Мягче. Более нежно. Более осторожно. Сейчас он не торопится. Спешить больше некуда.

И, боже… о таком ты никогда даже и не мечтал. Мягко и нежно. Губы не отрываются от тебя ни на миг, поцелуи превращаются во вдохи и ласки твоей щеки. Ты задыхаешься. Прежде чем осознаешь это, сам тянешься к нему, твои руки забираются под его куртку и сбрасывают ее с его плеч.

Он быстро выпутывается из нее и тянется к твоей."

"Рубашки исчезают следом за куртками, а затем его руки касаются твоей кожи, поглаживая грудь. Это больше, чем все, что у тебя когда-либо было, и ты задыхаешься сильнее, начинаешь дрожать. Ты ничего не видишь, ничего, кроме его лица. Ты будто горишь в огне, так сильно возбужден, что даже представить себе сложно. Это происходит на самом деле. Ты здесь, с другим мужчиной. С другим мужчиной, который хочет тебя.

— Давай заберемся назад, — предлагает Джастин.

Зада нет. Есть спинка сиденья и кузов, и…

О.

Джастин выскальзывает из машины, на ходу поправляя джинсы. Его выпуклость огромна, член плотно прижимается к джинсам. Ты истекаешь слюной, когда видишь его очертания. Джастин подмигивает и кивает на кузов.

Ты выбираешься следом. Твой член тоже как камень, до боли твердый. Твердый до того, что болезненно упирается в пояс штанов.

Жизнь, проведенная в постоянных прятках, заставляет всматриваться в темноту, но на мили вокруг нет ничего и никого.

Ни машин, ни домов, ни людей. Ты невольно задумываешься о приборах ночного видения и полуночных туристах, о хищниках, будь то люди или животные, — не важно, о серийных убийцах, скрывающихся в темноте. О трупах и костях, спрятанных в лесу. У тебя в голове будто калейдоскоп случайных обрывочных мыслей и образов, сменяющих друг друга, пока ты забираешься в кузов вслед за Джастином.

Когда он снова прикасается к тебе, твое сознание сужается до одной-единственной мысли: он.

Он нависает над тобой, мягко перекатывает вас и подминает под себя, прижимая спиной к кузову.

Под вами расстелен брезент, кое-где на нем имеются пятна краски и травы, но он смягчает холодный металл грузовика.

Руки и ноги переплетаются. Ты прижимаешь его к себе, обнимаешь обеими руками, одна нога сплетается с его ногой. Он покачивает бедрами, трахая тебя сквозь одежду, потираясь своим членом о твой через джинсы и трусы, пока вы целуетесь так, как будто никогда не остановитесь.