Эта больная любовь читать онлайн

Обложка книги Эта больная любовь
0
Книга доступна на устройствах
  • Android
  • IOS
  • Smart TV
Блуд — это грех.В Библии говорится, что мы должны избегать сексуальной распущенности. Любой другой грех, который совершает человек, находится вне тела, но сексуально безнравственный человек грешит против своего собственного.Они учат нас, что эти мысли и действия безнравственны. Но та темная сторона, которая живет внутри каждого из нас, истинная природа человека, заставляет нас искать потребность, которая горит внутри и требует освобождения. Глубоко внутри нас таится внутреннее желание, от которой мы отчаянно пытаемся убежать.Врожденное поведение, которое, казалось бы, не поддается нашему контролю.То, что кричит о грехах, которые, как они говорят, мы осуждаем.Эроу — это горло, через которое я могу кричать.Темные стороны меня, которые я хочу скрыть от этого мира, — это все, что он видит, когда смотрит на меня из-под очередной маски.Он — демон, утапливающий меня в моих собственных скрытых желаниях.Возможно, он никогда не остановится. Этого не произойдет, пока я не признаю свою правду или не умру под тяжестью его безжалостной хватки.Потому что, по его словам, жизнь, которой я живу, — это ад, гораздо худший, чем смерть.

О книге

Открывайте «Эта больная любовь» и читайте — текст лежит здесь целиком, бесплатно, без регистраций и подтверждений номера. Жанр — Легкое чтение, Любовные романы, Современные любовные романы. Никаких обрезанных глав и предложений «оплати подписку, чтобы узнать, чем всё кончится»: книга представлена в том виде, в каком её написал Джесси Холл.

Прежде чем нырять в первую главу, гляньте аннотацию или авторское предисловие — обычно там в двух абзацах понятно, о чём вообще речь, какой настрой и стоит ли это вашего вечера. Предисловие публикуем как есть, без редакторских пересказов от себя. Если описания пока нет или оно куцее — оставьте коммент, найдём и добавим.

Текст разбит на страницы: глазам так комфортнее, чем листать бесконечную ленту, и читается дольше без усталости. Место, где остановились, сохраняется автоматически — закрыли вкладку, вернулись через неделю, и страница откроется ровно та же. Шрифт регулируется, фон переключается между светлой и тёмной темой: вечером с тёмной экран меньше слепит, днём светлая привычнее.

Под книгой — отзывы тех, кто уже прочёл. Туда заглядывать полезно: иногда вылезают спорные смыслы, которые сам пропустил, иногда — категоричные «не моё, не тратьте время», и тоже информация. Дочитали «Эта больная любовь» — оставьте пару строк, кому-то это поможет решить.

Комментарии

Ваша оценка

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив

Текст книги

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал

 — Ты просто не смог этого сделать. Ни со своим дружком Джейкобом, ни в одиночку, пытаясь уличить меня в моей спальне. Бедный Сэйнт не смог доказать папочке, что он не просто фигура в его шахматной партии. Она — щелкнула языком. — Настоящая трагедия.

Брайони отталкивается от стола, медленно пробираясь в своем сексуальном наряде к тому месту, где сижу я. Аластор снова прижимает свой пистолет к моему виску при виде ее приближения.

— Еще один шаг, и ему конец, — предупреждает он, и в его дрожащем тоне слышится страдание.

Ее глаза загораются весельем, и она наклоняет голову.

Он боится ее. А она этим питается. Моя сексуальная, беспокойная маленькая куколка.

— Я знаю, кто ты. — Она с отвращением качает головой, оглядывая его с ног до головы. — Маргарет Мур была моей настоящей матерью. Ты пытался вычеркнуть ее из жизни, потому что она забеременела и решила родить меня.

Она могла узнать это имя только одним способом. Пропавшие документы из его сейфа. Документы, которые она обнаружила у меня дома после того, как я заставил ее украсть их.

Имена. Я признался ей во время нашей маленькой игры с ножом в лесу, что Вероника Филдс — моя мать. Остальное она собрала по кусочкам сама. Я гарантирую, что выражение лица Аластора показывает все следы его оживших страхов.

— Я не знаю, о чем ты говоришь, — отрицает Аластор. — Я понятия не имею, кто это.

Она смотрит на него с минуту, молчание явно гнетет его.

— Забавно, что ты так говоришь. Разве я не вечное пятно осуждения твоего прошлого?

Я слышу, как он сглатывает.

— Обрежьте путы, которые нас удерживают, — продолжает Брайони. — Я оказал Аластору большую услугу. Эта женщина была готова рискнуть всем, чтобы уничтожить его ради своего ребенка.

— Блять, — ругается Кэллум, ударяя себя концом пистолета.

Она цитирует его. Должно быть, она слышала этот разговор Кэллума о том, что меня хотят подставить за убийство, и теперь она делает то, чему я ее учил: смотрит на человека перед собой, изучая его лицо, когда он лжет.

— Для тебя все кончено, дорогая, — вмешивается Аластор.

 — Твои забавы на этом заканчиваются. Для тебя и твоего маленького больного любовника.

— Правда неоспорима, — продолжает Брайони. — И теперь, благодаря Сэйнту, вокруг тебя рушится то самое учреждение, которое ты неустанно контролировал. Вы больше не нужны. Нет денег. Нет власти. Нет голосов.

— Истины — это то, что мы, мужчины в этой комнате, создаем. В нашем мире ты можешь зайти так далеко, что мы тебя вычеркнем.