Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

А через несколько секунд поднялся, отряхнулся и, удовлетворенно цокая языком и словно бы покачиваясь на облучке, с улыбкой изобразил удаляющуюся благополучно подводу."

"Я мысленно перевела эту сцену так. Бангер, конечно же, и не помышлял брать для себя обузу в образе синьоры Амалии (закатывание глаз и хмурость бровей), и биржа уже готова была привычно разбить семью. Но тут кто-то из новоиспеченных рабов – скорей всего, это был Джованни – решительно воспротивился подобной бесчеловечности (стук кулаками по столу, фехтование клюкой).

Лежание же на полу в отчаянно-непримиримой позе, видимо, означает в русской интерпретации – «Только через мой труп!». Ну и Бангер вынужден был отступить перед столь дружным родственным натиском итальянцев: инсценированное цоканье копыт и мерное покачивание на облучке означает благополучное отправление всей семьи в усадьбу.

Вообще, как мы убедились, все члены этого немногочисленного итальянского клана, несмотря на бесконечные обоюдные перепалки, очень дружны между собой.

Когда Кончитта огрызнулась на какое-то замечание матери, Джованни тут же бесцеремонно отвесил сестре внушительную оплеуху. А буквально через несколько минут он же нежно целовал воспаленную, содранную местами кожу на ее маленьких изящных ладонях (Кончитта на мой вопрос – чем они занимаются сейчас у Бангера – дала понять, что работают с вилами – наверное, вывозят навоз, – при этом показала нам свои, сплошь в кровавых мозолях, ладошки).

Естественно, нам всем очень хотелось узнать из первых уст о недавних событиях в Италии, но, увы, языковый барьер все-таки оказался непреодолимым.

Леонид поинтересовался – из какой местности Италии прибыли наши новые знакомые? При этом ему пришлось неоднократно показать на себя, меня и Мишку, каждый раз повторяя внушительно: «Ярославль, Ленинград, Ржев». Кончитта и Джованни наконец поняли. «О-о?.. О-о!.. – воскликнули они радостно и, тыча пальцами то в сторону синьоры Амалии, то друг в друга, сообщили: – Неаполь… Пьомбино…» Так до нас и не дошло, кто же из них житель благословенного Неаполя, а кто – Пьомбино.

В тот же день мы совершенно неожиданно удосужились отведать знаменитое итальянское блюдо – «спагетти». Началось с того, что мама решила угостить итальянцев и разогрела на сковороде оставшиеся от завтрака «деруны». Они все с удовольствием ели горячие картофельные оладьи, смачно облизывали пальцы. Потом вдруг все и сразу стали повторять с разными вариациями слово «спагетти».