Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Но такому, которому он доверяет больше, чем большинству своих придворных. И такому, кто не раз подтверждал свою эффективность.

Тут не нужно было гадать, что этим человеком буду я.

— Ты хочешь манипулировать Императором через меня. Чтобы я был тем, на кого он взвалит проблему поиска заказчика. И отказать мне самому будет сложно, потому что я и сам заинтересован в этом не меньше его."

"— Именно! — кивнул он. — А я тебе помогу. Во всём. Мы найдём каждую мразь, которая пыталась убить моего брата и тебя. Перевернём вверх дном даже клан Вознесенских! Я лично будут отлавливать тех, в чьих жилах течёт моя кровь, если этого потребует долг перед Империей!

Какие высокопарные слова! Герой отчизны прям.

Вот только…

— Наши заказчики — разные люди, — объяснил я. — Тот, кто пытался убить Императора, не стал бы использовать для моей ликвидации третьих лиц. Тем более террористов. Они служат для для отвода глаз. А тот, кто пытался убить Императора, действовал наверняка. Без всяких подстав. Если бы он попытался убить меня, то сделал бы это с помощью всё той же взрывчатки.

Очень удобно.

— А аномалия в аэропорту, чем тебе не взрывчатка? — любопытно, что он не упомянул об её исчезновении. Один-то её умыкнул. Значит, Владислав не хотел, чтобы я об этом знал. Впрочем, так даже удобнее. Пусть думает, что я в неведении. А сам он только распалялся: — Да и какая разница⁈ Мы найдём всех и прижмём их к ногтю! Каждый из виновных будет наказан!

А из невинных — подчинён с помощью страха… перед Владиславом.

Но вслух я этого говорить не стал.

— Ты хочешь действовать, прикрываясь мной от своего брата. Знаешь, на фоне того, что ты обычно проворачиваешь, это не выглядит чем-то особенным. Так что я даже не буду записывать это на отдельный счёт. Но нет, Владислав. У меня другая задача и ею я собираюсь заняться. А свои политические амбиции решай не за мой счёт. Если на этом ты закончил, то давай не будем занимать время друг друга и займёмся своими прямыми обязанностями.

Он поджал губы. На его лице заходили желваки.

А сам он упрямо уставился прямо на меня, будто пытаясь не то прожечь во мне дыру с помощью своего взгляда, не то осудить на смертную казнь.

Но вдруг его лицо резко смягчилось. Он сделал глубокий вдох и покачал головой.

— Почему ты настолько упрям и предвзят, по отношению ко мне, Самородок? Я не сделал против тебя ничего такого, что давало бы тебе повод меня ненавидеть. Но ты упорно продолжаешь отказываться от сотрудничества со мной.