Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Но кто они такие? И, кстати уж, кто ты?

Глава 16

Встреча с незнакомцами— Я Эйлонви, дочь Ангарад, внучка Регаты, — важно произнесла Эйлонви, возлагая руку на серебряный полумесяц у горла. — Но кто ты? — повторила она. — Я совершенно не понимаю, о чем ты говоришь.

— Поднимайся! — вскричал Тарен, тряся ее изо всех сил — Ты спишь! Проснись!

— Да, да, сплю и вижу сон, вернее, видела, — ответила Эйлонви с отсутствующей сонной улыбкой. — Ты прогнал его. Но вот я снова вижу сон. Наяву? Разве можно видеть сон не во сне? — Она замолчала, нахмурясь, — Или можно? Когда-нибудь это непременно нужно будет выяснить… Забавно было бы посмотреть на себя, когда спишь.

Но как это сделать, не могу вообразить. — Ее голос истаял, и она снова откинулась на подушки, словно забыв, что рядом стоит Тарен. — Трудно… трудно, — несвязно бормотала она, опять погружаясь в глубокий сон. — Как выйти из сна, не выходя из него? Оказаться снаружи? Или это все равно будет внутри?..

— Эйлонви! — в отчаянии тормошил ее Тарен. — Посмотри на меня! — Он попытался приподнять ее, но Эйлонви раздраженно отмахнулась — Ты должна, должна услышать меня! — настаивал Тарен.

— Я это и делаю, — равнодушно ответила она. — Но мало что понимаю из твоей болтовни. Мне гораздо уютнее и приятнее спать, чем слушать твои дикие крики. Но что мне снилось? Приятный сон… с поросенком… и кем-то, кто… нет, сон сразу исчез, упорхнул быстрее, чем спугнутая бабочка. Ты испортил его."

"Тарен еще раз попытался приподнять девушку и посадить ее на кровати.

Теперь он смотрел со страхом на ее скованное сном неподвижное лицо. Несмотря на порванное платье и спутанные волосы, Эйлонви выглядела вполне здоровой и даже неизмученной. Но глаза ее были странными, словно бы плоскими, лишенными глубины и живой мысли. Нет, это не сон сковал ее, вдруг понял Тарен, и руки его задрожали. Да, Эйлонви опоили каким-то ядовитым зельем! Или… сердце его застучало прямо в горле… или ее заколдовали?..

— Вслушайся в мои слова, — молил он, — очнись! У нас нет времени…

— Ужасная манера — с криком и топотом врываться в чужие сны! — с досадой проговорила Эйлонви.

— Это просто невежливо, в конце концов! Будто топчешь и рвешь паутину, которую с таким трудом сплели другие.

Тарен метнулся к окну. Но увидеть в темноте никого не смог. Даже Карр куда-то подевалась. Однако луна уже опускалась на край неба, и, значит, оно вот-вот посветлеет. Он снова обернулся к Эйлонви.

— Я тебя очень прошу, пойдем! Скорее! — закричал он.