Лучи смерти читать онлайн

И в ней есть особые стоячие волны, которые позволяют передавать электрическую энергию практически без потерь. Может быть, в начале века это выяснил и Филиппов? И научился с их помощью передавать энергию взрыва? Ведь тот же М. Горький, смеясь над неудачными опытами Маркони по передаче энергии с помощью радиоволн, приводил в качестве успешного примера именно Филиппова. Которому в 1903 году якобы удалось из Петербурга зажечь люстру в Царском Селе. Вопрос только, было ли это на самом деле…

Наиболее распространена версия, что Михаил Михайлович открыл так называемую аргонную бомбу, а точнее, газовый лазер с химической накачкой.

Это значит, что энергия от взрыва того же треххлористого азота, помещенного в кварцевом цилиндре, сжимает газообразный аргон, который начинает интенсивно светиться. Световая энергия концентрируется в лазерный пучок, который и передается на большое расстояние. Некоторые эпизоды из воспоминаний В. В. Большакова позволяют с оговорками так предполагать. Филиппов в последние годы много внимания уделял опытам с кристаллами и оптическим экспериментам. Но в любом случае сложно представить себе настоящий лазер в 1903 году. Сделать сверхточные зеркала с рассчитанной кривизной было тогда технически невозможно. Есть лазеры с эффектом сверхлюминесценции, которые позволяют выстреливать с одного прохода луча; может быть, доктор изобрел именно такой? Однако говорить о взрыве в Константинополе, произведенном из Москвы, применительно к газовому лазеру не приходится. Особенно если взрывчатым веществом, которое накачивает аргон, является треххлористый азот.

Направленное излучение возможно получать только с помощью оптического квантового генератора, или лазера. В начале двадцатого века это мог быть лишь химический лазер, где энергия возникает при взрыве в замкнутом пространстве жидкости или газа. При этом частота волны излучения должна быть в диапазоне, прозрачном для атмосферы, то есть от трех до восьми гигагерц. Одновременно должны быть прозрачны и само взрывчатое вещество, и вещества, образующиеся в результате взрыва.

Треххлористый азот подходит для этого. Но у него лишь около полутора процентов энергии взрыва преобразуется в излучение. Такие «лучи смерти» не только до Константинополя, до Бологова не достанут.

Филиппов, конечно, понимал это. У него было два пути: подобрать более сильное взрывчатое вещество или замедлить скорость взрыва при помощи ингибитора. И вот тут, возможно, он и открыл нечто такое, что придало ему оптимизма.