Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

На днях султан отдал приказ осудить двух русских, которые даже под пытками не признавали свою вину. Русские предлагали это недоразумение урегулировать мирным путем, но он послушал своих заокеанских друзей и ответил отказом.

А ведь совсем недавно воды Персидского залива бороздили армады боевых кораблей Советского Союза. Кроме того, после гибели Заурбека Галиперова появилась проблема с чеченскими повстанцами. Только вчера во дворец прибыл эмиссар от Ушастого, говорил о двадцати миллионах долларов, которые Сказочник держал в Буктарском национальном банке.

Посланник не угрожал султану, но…

– Что я должен сделать? – спросил Мохамед Абу Хаджи, вопросительно глядя на провидца. Если бы тот сказал, что нужно подписать помилование арестованным русским офицерам или выплатить долг чеченцам с процентами, султан выполнил бы требование в ту же секунду. Но Звездочет сказал совсем другое.

– Ты должен покинуть Буктар, – хриплым голосом произнес старец.

– Навсегда? – с трудом сглотнув ком, подступивший к горлу, тоже захрипел султан.

– Нет, – покачал головой Звездочет, – только до тех пор, пока не минует тень Юпитера.

– А как я об этом узнаю?

– Я буду следовать с тобой и все время наблюдать за звездами. То, что должно случиться с Буктаром, произойдет в самое ближайшее время.

Такой ответ вполне устраивал Мохамеда Абу Хаджи, на французской Ривьере у него пустовала шикарная вилла, где он мог укрыться от посторонних глаз.

Оттуда без проблем можно было управлять султанатом по спутниковому телефону, а на троне в его отсутствие мог подремать родной дядя. Несмотря на преклонный возраст, старик еще был довольно крепок…

В двадцати километрах от султанского дворца в уютном номере гостиницы «Хилтон» находились двое людей – мужчина и женщина. Они сидели напротив друг друга при подрагивающем свете полудюжины горящих свечей и пили красное вино. Несмотря на романтичность обстановки, разговор между ними происходил самый что ни на есть деловой.

– Как я понял, наш круиз на белом пароходе после удачного гоп-стопа накрылся медным тазом? – пригубливая из своего бокала рубиновый напиток, произнес Сервант. После признания Алены, кем она является в действительности, влечение к ней у бывшего мичмана напрочь пропало, ничего, кроме подвоха, он почему-то от нее не ожидал. – «Варшава» восстановлению не подлежит, ее продают индусам на иголки.