Мы мирные люди читать онлайн

Разумеется, Раскосов, прежде чем приступить к этой операции, подробно изучил карту Дальнего Востока и Сибири, всевозможные местные говоры и обычаи. Заранее была продумана и новая биография Раскосова, тоже подробная и такая, чтобы при проверке все сходилось. Нашли для него в Чите своевременно умерших «папу» и «маму», причем было известно, что у этих супругов был сын, это многие жители Читы могли подтвердить. Куда девался этот мальчик, никто толком не знал. Помнили только, что звать его Васюткой, Василием значит.

Но ведь этот Василий мог бы внезапно обнаружиться? И Это учли. Установили точно, что его нет в живых, и превратили Раскосова в Василия Павловича Зимина, по профессии топографа, по происхождению сибиряка... Конечно, могли и не понадобиться все те сведения, которые Раскосов собрал об этом крае. Но ведь обычно на мелочах и попадаются. Раскосова выручала исключительная память. По мнению Весенева, это качество было решающим в опасной профессии разведчика. Тут не полагалось никаких шпаргалок, никаких записей, особенно записывания фамилий и адресов. Все помнить наизусть! И Раскосов помнил. Зачастую он знал даже то, чего мог бы не знать. Ну, зачем, например, ему помнить, какие реки протекают в Сибири и на Дальнем Востоке, среди равнин, возвышенностей и горных хребтов? О Владивостоке Раскосов знал даже, что этот город, расположенный на южной оконечности полуострова Муравьев-Амурский, на берегу бухты Золотой Рог, был основан в 1860 году, что главная улица Владивостока, идущая вдоль берега, в прежние времена именовалась Светлянской. .. что рога оленей — панты — полезны для здоровья... Топографом же Раскосов был настоящим.

Таким образом, имея исправные документы, справки, новоявленный топограф Зимин благополучно прибыл в Советский Союз, нашел Черепанова, использовал его для связи с Бережновым, успел и сам побывать в Ростове, а затем явился на Карчальское строительство. Там он был радостно встречен и охотно зачислен в состав геологоразведочной экспедиции.

Во всем этом мероприятии принимало участие немало людей, начиная с капитана корабля, доставившего Раскосова на советскую землю, и некоего жителя Владивостока, после произнесения пароля приютившего «иностранного» матросика и быстро превратившего матросика в топографа Зимина.

Все это требовало определенного времени. Нужно было навести справки, согласовать, уточнить. Нужно было незримо наблюдать за продвижением своего ставленника по пути от Владивостока в глубь страны.