Сантехник. Твоё моё колено читать онлайн

В такие дни мои тексты обогащались терминами «Брахмапутра», «Курукшетра» и «Махабхарата». Беруши не помогали. Пришлось купить специальные наушники, какие выдают работникам взлетных полос.

Я далеко шагнул по пути здоровой кулинарии. По утрам готовил омлет, кричал:

— Катя! Завтракать!

Она спускалась, посыпала мою стряпню экзотическим душистым сеном. Мы делили на двоих мой омлет насущный. Вечером она сама кричала:

— Севастьян, гулять!

Катя любит ходить. Может неосторожно дойти до Парижа и обратно, потому что задумалась.

Недавно купила пять пар кроссовок, все ужасно красивые. Зашла в обувной магазин и потратила бюджет Зимбабве. Случайно. Говорит, взгрустнулось чего-то. Новые туфли — лучший антидепрессант.

Я не знал всех значений слова «гулять» и вызвался в попутчики. Я был опрометчив. Мы пошли по пляжу, потом по шоссе, потом по лесу. Первые пять километров даже нравилось. Юрмала отличный город для коней, антилоп и других кочевых животных. В пути говорили о загадках природы. Например, булочки. Непонятно, как 25 гр.

теста, съеденных на закате, становятся утром килограммом жира. Астрофизики отворачиваются от этой гравитационной аномалии. Меж тем сдоба орудует у нас под носом и куда опасней черных дыр. Чтобы обнулить одно пирожное, нужно гулять три дня. Причем масса снижается за счет износа ступней в основном.

Катя верит в победу ходьбы над выпечкой. К тому же всех, кто не гуляет, однажды сразит почечуй. Кто не знает, это даже не болезнь. Это эссенция боли и унижения.

Я знаю, о чем она.

Один мой друг, театральный режиссер Петров, однажды перестал гулять. Была зима, холодно, и снегу навалило. Такие катаклизмы лучше дома пережидать, в кресле. У Петрова как раз был абажур, плед и стопка непрочитанных романов. К апрелю режиссер вырос духовно, завел себе третий подбородок и еще почечуй.

Сырая картошка инвазивно, холодные ванночки, аутотренинг и другие народные средства результатов не дали. Расставляя ноги несколько по-пингвиньи, Петров побрел в больничку. Регистраторша издалека поняла, отчего он такой грустный и кривой.

Ей овладело чувство юмора.

— Вы к какому специалисту? — спросила она звонко. Петров постарался губами и языком пролезть к ней в окошко, чтобы очередь не слышала тайны.

— К проктологу.

— К кому-кому?

— К проктологу, — повторил Петров и послал луч понимания.

— Говорите громче!

Тут режиссер не выдержал и в таких деталях описал проблему, что старушка за ним расплакалась. Ему назвали номер кабинета и перекрестили в спину.