Сердце просит счастья читать онлайн

И пятое – ты принимаешь мой образ жизни и его реалии, принимаешь моих друзей и родных и становишься нормальной, заботливой женой и матерью. Если тебя что-то из перечисленных пунктов не устраивает, мы разводимся как можно скорей.

– Я должна подумать, – ответила Ольга.

Казалось бы, над чем подумать? Все то же самое, ну почти то же, он изложил ей, делая предложение и обговаривая свои пожелания перед росписью.

Но, видимо, разводиться в ее планы не входило, по крайней мере в тот момент, и на следующий день Ольга уверила Барташова, что согласна на все его условия.

И чуть не взвыл, неизвестно каким усилием удержав злые, рвущиеся слезы, когда они закончили. После того, что он пережил с Мирой, секс с Ольгой был пустым ритуальным трахом, трением тел друг об друга – без чувств, без эмоций, без души – пусто. Как самого себя предал.

А он и предал, и ему было реально больно от осознания этого. На всех уровнях – и духовном, и физическом.

Но Барташов сцепил зубы, сказал себе мысленно, что так ему, козлу, и надо. И уговорил себя, что ничего, пройдет время и он привыкнет.

Миру и все, что с ней связано, никогда не забудет, но со временем образ ее постепенно сотрется, а сильные чувства и поразительные ощущения потеряют яркость и поблекнут, как обычно и бывает в жизни.

На следующий день он перевез к себе Петьку, и Ольга оформила малыша в садик, находившийся рядом с их домом.

Все. Крепкая семейная жизнь.

На следующий день после их ночи с Барташовым и его ухода Мира все же улетела в свою любимую Италию. И даже поселилась в той самой старинной гостиничке, которая ей так нравилась. Но на этом, можно считать, ее путешествие и закончилось."

"Большую часть времени она проводила в кровати, прокручивая в голове несчетное количество раз все их встречи и разговоры с Барташовым и, конечно же, их последнюю ночь, прощаясь с ним и оплакивая себя и их обоих.

День на пятый она все же начала выходить из гостиницы и гулять по городу. А к отъезду ей даже удалось кое-как собрать ошметки себя в какой-то непонятный ком, способный пусть и условно, но все же существовать в социуме.

Надо было учиться как-то заново жить и прилаживаться к себе новой, изменившейся после той ночи навсегда, как учится заново жить человек, перенесший тяжелую травму или инсульт, – учится снова есть, пить, говорить и ходить.