Шиворот-навыворот читать онлайн

Сейчас он выбивал кредиты под постройку нового бизнес — центра. Дело оказалось новым в их городе и сулило хорошие прибыли. Нормальных офисных зданий в центре с лифтами, стоянкой и фонтаном, — раз-два и обчелся."

"Вариантов получения кредита на несколько миллиардов имелось два: один — с хорошими процентами и непомерным откатом, другой — с нормальными процентами, но вместо отката человек хотел долю в прибыли. Гена знал, как поступить, и уже выбрал вариант номер один, рассудив, что по-любому какой бы ни запросили откат, он все равно меньше доли в прибыли.

Но оставалась такая вещь, как субординация, и ею осторожный Гена пренебречь не мог. Кроме кредита, еще назрел деликатный вопрос, касающийся лично Гены Лурдина. И если этот вопрос будет решен к всеобщему удовольствию, то Гена войдет в семью, на правах младшего, но войдет. И дело тут было не в понятии семьи дона Корлеоне, а в обычном общечеловеческом понимании. И дело это имело определенное имя, фамилию и даже отчество. И называлось оно — Лина Агапова. Младшая сестрица Золотой королевы, как почему-то все звали Лилию. Лина и Гена встретились в тот печальный момент, когда глава императорского дома Виктор Николаевич Пахомов вез на малую историческую родину тело убиенного друга. Когда Золотая королева в чаду своего горя ничего не замечала, кроме своих детей. Они увидели друг друга и словно вцепились мертвой хваткой. Лина Агапова к тому времени сходила замуж в восемнадцать годков, развелась благополучно с мужем через пару-тройку лет и теперь пребывала в томлении и поисках принца на белом коне и в золотой короне. Но все томления и поиски происходили под строгим присмотром родни, хлебнувшей с ее разводом не один литр дерьма. Но в ту пору шла подготовка к похоронам, и Лина оказалась предоставлена сама себе. Вот тут и подвернулся Гена Лурдин, сраженный Лининой красотой сразу и наповал. Потом, когда прошли похороны, и старшая дочь отбыла в Москву, по месту прописки, утешать стало некого, и маменька, Раиса Петровна, обратила взор на Лину, свое излюбленное чадо. Нобыло поздно, Лина уже втрескалась в Кульбита со всего размаху не прошедшего к двадцати пяти годам юношеского максимализма и видела себя только его женой. Жила она, правда, пока одна, строила Гену как школьника, не соглашалась жить вместе до свадьбы и назло ему работала в какой-то конторе секретарем. Раиса Петровна постоянно сравнивала Кульбита со старшим зятем, покоящимся теперь на городском кладбище.