Name: Скажи пчелам, что меня больше нет
Author: Диана Гэблдон

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Метанойя[180]

Три дня спустя…

Встреча с преподобными Селверсоном, Томасом и Рингквистом — старейшинами чарльстонской Пресвитерии — была назначена на три часа пополудни. У Роджера оставалось достаточно времени, чтобы сделать кое-какие дела и почистить свой лучший черный костюм.

Ну а пока он сидел на скамейке у входа в типографию, наслаждаясь утренним солнцем и переваривая восхитительный завтрак. Помимо традиционной овсянки и ветчины Брианна приготовила французские тосты — правда, Фергус заявил, что ни одному французу не пришло бы в голову сотворить подобное блюдо, однако по достоинству оценил богатый яичный вкус и щедрый слой меда из ульев Клэр.

Мед оказался неплохой компенсацией за отсутствие чая и кофе; в занятом американцами Чарльстоне подобные товары давно стали дефицитом. Зато у них было свежее молоко, которым их снабжала молочница в обмен на памфлеты с романтическими поэмами и шокирующими признаниями приговоренных к виселице.

Прочтя несколько подобных «опусов» — Фергус подготовил их накануне для клиента, — Роджер ощутил любопытство, легкое отвращение и безотчетную тревогу.

Вы, кто пришли на казнь мою взглянуть,Остерегайтесь повторять мой путь.Пусть мой удел уроком будет вам.Прислушайтесь, молю, к моим словам!Стопка листовок лежала на кухонном столе; когда Жермен аккуратно раскладывал их по порядку, прежде чем убрать в сумку, Роджер успел пробежать глазами один из заголовков:

СЛУШАНИЕ ДЕЛА И КАЗНЬ ГЕНРИ ХЬЮЗА

Преданного смерти двенадцатого июня 1779 года от Рождества Христова

В тюрьме графства на Хорсмонгер-лейн, Саутуарк

За изнасилование 8-летней малышки ЭММЫ КУК"

"Продукция Фергуса не сильно отличалась от таблоидов двадцатого века — ни по сути, ни по склонности к преувеличению.

Прекрасно знакомый с приемами газетчиков, Роджер тем не менее был поражен характерным для этого времени фактом: оказывается, приговоренные к смерти мужчины (как и редкие в преступной среде женщины) всегда следовали к эшафоту в сопровождении священника. То есть частным визитом пастора в тюремную камеру для молитвы и утешения дело не ограничивалось: служитель церкви шел рядом со смертником на Голгофу.

Что я сказал бы приговоренному к смерти, если бы меня призвали сопроводить его на казнь? — подумал Роджер. Конечно, он не раз видел, как умирают люди, — чаще, чем хотелось бы. Но то была естественная смерть, хотя порой чудовищная и неожиданная. Однако здесь совсем другой случай: здоровый и крепкий мужчина во цвете лет должен лишиться жизни по воле закона.