Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Где пальто, спрашивают, а он говорит, на ходу скинул, чтобы от преследующего его незнакомца удобнее бежать было… В Москве проездом, но откуда-то всех адвокатов знает!

– Так это не преступление, – скупо улыбнулся генерал. – А остальное не доказано. И точка, хватит об этом. Давайте вперед смотреть. У нас хорошо организованная и предельно жестокая преступная группа, которой надо замести следы и сбыть алмаз. Ты вот, Лева, про канал тут упомянул, по которому для них оружие шло, и я подумал, а не тем ли каналом и алмаз пойдет? – Он испытующе посмотрел на Гурова.

– Возможно, – наклонил тот голову. – Только нам это умозаключение ничем помочь не может. Про этот канал знают только две стороны, и мы в их число не входим. Нам еще на банду выйти надо.

На столе Орлова зазвонил телефон. Он сделал строгое лицо и снял трубку. Выслушав сообщение, коротко поблагодарил и удовлетворенно посмотрел на оперативников.

– Ну вот, обещал и выполнил, – сказал он. – Сейчас следственная бригада выезжает на квартиру Вольнова. Вас, разумеется, тоже приглашают.

Кстати, интересная подробность. Эксперты обнаружили в черном фургоне Вольнова следы героина. Возможно, при перевозке повредили упаковку… Это косвенно подтверждает вашу версию о занятиях Нодара. Жаль, что версия эта ни на что не опирается.

– А показания соседа Вольнова? – спросил Гуров. – Нодар, «Арарат»… Рано или поздно кто-то из работников кафе подтвердит эту связь.

– Когда подтвердит, тогда и будем разговаривать, – заключил генерал. – А теперь отправляйтесь и ищите там хорошенько!

Гуров и Крячко присоединились к следственной бригаде уже на месте.

Предварительно Лев созвонился со следователем Мордовцевым и предупредил, что подъедет прямо на квартиру Вольнова. Они оказались там даже чуточку раньше остальных. Беспокойный Крячко сразу же предложил навестить соседа Вольнова по прозвищу Чернослив.

– Все равно нам понятые понадобятся, – заявил он, – а Чернослив может нам дополнительную информацию подбросить.

Однако выяснилось, что Чернослив уже три дня как ушел в глубокий запой и едва соображает, на каком свете находится.

– Генерал, как всегда, прав, – заметил на это Гуров. – Ценность информации, полученной из таких источников, стремится к нулю. Тебе еще повезло, что этот мастер золотые руки сумел вспомнить Нодара и прочие обстоятельства. Приди ты днем позже…

– Вообще-то я сам виноват, – признался Крячко. – Я ему в тот раз денег дал.

Приехал следователь – хмурый сорокалетний человек с тяжелым недоверчивым взглядом.