Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Мышка ему рассказывала о нашем вечере с Тихомировыми, а я смотрела куда угодно, только не на них, чтобы не чувствовать этой ужасной тяжести в груди.

Всю дорогу до дома мы молчали. Роберт помог мне выйти с Сафиной из машины, и проводил нас в дом.

— Ты уезжаешь? — спросила я, когда он направился на выход, испугавшись, что он и в самом деле снял жилье и переехал."

"Роберт остановился и внимательно посмотрел мне в лицо. Возможно, кто-то более крепкий и сильным характером после всего случившегося встал, отряхнулся и пошел бы дальше, сделав вид, что ничего не случилось.

Но я такой не была. И, как оказалось, стержня внутри у меня никакого не было. А еще я безумно сильно раскаивалась в том, что все так вышло.

— Я еще не снял квартиру, если ты об этом. Это не быстрый процесс. Я выбираю жилье недалеко от дома…

— Роберт, извини меня, — перебила я его. — Позавчера я много лишнего наговорила и…

— Не нужно, Полина, — он нахмурился. — Чтобы потом снова не пришлось сожалеть, — развернулся и вышел за дверь.

Вот так… А что я хотела услышать? Но будь он таким же, как Бердников, разве стал бы во всем разбираться и искать правду? Сдувать с меня и нашей дочери пылинки? Добиваться моего внимания?

Желание держаться таяло с каждой секундой.

Мне от отчаяния было очень гадко на душе. Я обняла Мышку за плечи и направилась с ней наверх. Белла Ренатовна появилась в спальне Сафины в ту же минуту. А с последнего нашего общения ее взгляд по отношению ко мне разительно потеплел. Она видела, как я переживала в тот момент, когда мою дочь похитили.

Может быть, поэтому ее сердце оттаяло?

Оставив внучку с бабушкой, я направилась в детскую к Дамире. За это время я успела сильно соскучиться по девочке. Лиза кормила малышку, сидя на диване, а в ее глазах тут же вспыхнули злость и негодование, когда я переступила порог комнаты.

— Вы наверное в курсе, что через неделю мой контракт истекает, а я ухожу работать в другую семью? Рады своей победе, да? — накинулась она, выплескивая на меня волны презрения.

Я удивленно вскинула брови вверх.

— Нет, не знала. Но Роберту в свое время прямо сказала: что с тобой мы не сработаемся.

— У вас все равно ничего с ним не получится! И я буду этому только рада, потому Роберт Рустамович заслуживает к себе лучшего отношения! Что вы можете ему дать? Ребенка? Так это не проблема ни для одной женщины! К тому же у него есть уже дети…

— Не забывайся, — устало проговорила я. — С Дамирой я буду справляться сама, и в твоих услугах по-прежнему не нуждаюсь.