Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Она всем своим видом показывала, что считает меня чересчур инициативным малолетним оболтусом, который слишком много о себе возомнил. Я же просто хотел как можно скорее завершить этот разговор. Тревога нарастал, выбираясь из задворок сознания. И хоть объективных причин для неё не было.я всё же привык доверять чутью.

— Ваше Императорское Величество, я считаю, что вам следовало больше интересоваться, какими силами ранее выполняла задачи княгиня Угарова и какими силами она располагает сейчас, в том числе и физическими.

Последний раз она вела боевые действия в полных кондициях и с полным легионом. Сейчас же, после четверти века воздействия на неё благословения господ Светловых и с полусотней химер, восстановленных нами за сей короткий срок, она не представляет собой той единицы, о которой вы имели представление.

— Хочешь сказать, что твоя княгиня Угарова уже не архимаг? Она обманула нас? — кажется, императрица готова была превратить меня в лёд в ярости.

— Архимаг — и один из сильнейших, — возразил я, — ибо любой другой архимаг после воздействия на него антагонистичных сил уже бы давным-давно развеялся пеплом.

— Объяснись, коротко! — словно мечом обрубила императрица.

— Вы же имеете представление об антагонистичных магиях. Как-то: вода — огонь, либо же жизнь — смерть.

— Допустим.

— Так вот, представьте, что некроманта начали бы лечить магией жизни. Чем бы это для него завершилось? Как минимум — магической инвалидностью, как максимум — пеплом в родовой крипте.

Что-то подобное произошло и у моей бабушки с господами Светловыми. Те воздействовали на неё антагонистичной силой, на которую у бабушки оказалось, я бы сказал, сильнейшее неприятие. И речь здесь ни в коем случае не в скверне либо ещё в чём-то подобном. Всего лишь антагонистичность силы, неприятие, аллергия, если хотите. Так вот, этой аллергией моя бабушка страдает уже четверть века, и, более того, ещё больше её добавили нам во время нахождения на литургии в столичном храме Ордена, на которой вы и сами присутствовали.

Как вы думаете, после подобных воздействий в полной ли боевой готовности архимаг Угарова?

— Почему княгиня не сообщила ничего подобного? — нахмурилась императрица, а вслед за ней и все остальные.

— Потому что княгиня — воин, а воин в первую очередь верный своему Отечеству пойдёт даже на самую самоубийственную миссию.