Амалия. Книги 1-5 читать онлайн

Интересно, где она могла видеть записку с такой странной подписью? Груша, конечно, могла ей сообщить о том, что хозяин нашел в бумагах Луизы нечто компрометирующее, но я ни за что не поверю, что Груша могла знать, какая подпись там стояла…

– Это я виноват, – удрученно промолвил Казимирчик.

– Ты? В чем?

– Это была моя идея – «про постоянного обожателя». Я был слегка навеселе и забыл, что во французском существительное идет впереди.

Тут Амалия, по правде говоря, на некоторое время утратила дар речи.

– Дядя, – прошипела она, когда голос все-таки вернулся к ней, – так это ты…

– Нет, не я, – твердо ответил беспутный дядюшка, с достоинством выдерживая ее разгневанный взгляд.

– Как не ты?

– Да вот так: не я!

– Но ведь…

– Нет!

– Но Луиза…

– Это не я!

– Однако подпись…

– Что – подпись?

– Твоя!

– Да нет же!

– Как нет, когда твоя?

– Не моя!

– Но ты сам сказал!

– Ничего я не говорил!

Говорят, что когда великому, несравненному, громокипящему Дюма платили гонорар построчно, он создал молчаливого слугу Атоса Гримо исключительно для того, чтобы уснащать страницы своего бессмертного произведения репликами диалогов в одно-два слова каждое – и за каждую такую реплику получать как за полноценную строчку.

Увы, съевший не одну собаку в своем деле редактор раскусил коварный авторский замысел и аннулировал выплаты за слишком короткие строчки. С тех пор Гримо в тексте пришлось по большей части довольствоваться жестами, что было вовсе не так интересно!

Одним словом, выдержав этот краткий диалог во вкусе Дюма, Амалия почувствовала, что она сейчас же, немедленно сойдет с ума, если не добьется от дядюшки удовлетворительного объяснения.

– Начнем снова, – проговорила она. Подойдя к столу, она налила воды из графина в стакан и выпила ее, чтобы собраться с мыслями. – Так записки все-таки были?

– Очевидно, да.

– И писали их Луизе?

– Наверное.

Тут очаровательная, искрящаяся, остроумная Амалия сделала своими изящными пальчиками такое движение, как будто была не прочь удавить своего собеседника.

Бывают в жизни такие моменты, когда даже у самых обаятельных и остроумных людей кончается терпение.

– Их писал ты? – спросила Амалия у дяди, сдерживаясь из последних сил.

– Нет, я просто подсказал, как можно подписать одну такую записку.

– Кому подсказал? – в изнеможении осведомилась баронесса фон Корф."

"– Виктору Кочубею. Он смыслил во французском языке еще меньше, чем я.