Амалия. Книги 1-5 читать онлайн

Судя по его тону, каждый новый детектив нагонял на Орлова непотребную скуку, причинял ему невыносимые страдания своей вульгарностью и разил наповал банальным стилем, однако ж это было вовсе не так. В общем, придется признать, что милейший Иван Петрович лицемерил. Мотивы его поведения весьма просты: считалось, что серьезные люди не должны одобрять всякую развлекательную чепуху, а Иван Петрович – серьезный человек, следовательно…

И в наши дни легче легкого встретить потомков господина Орлова. Все это серьезные, солидные, положительные люди, бойко толкующие о культуре и бескультурье и по-прежнему втихаря запоем читающие тех авторов, которых они поругивают вслух.

Автору сих строк остается лишь надеяться, что эта книжка никогда не попадется им на глаза.

Итак, шел сентябрь 1880 года. Дело об одержимости, оказавшееся на поверку не самой банальной уголовщиной, было раскрыто и тут же закрыто. Орлов и старший князь Рокотов, отец Ореста, предприняли энергичные шаги, чтобы не допустить нежелательной огласки.

Прокурор признал, что действия Ореста были продиктованы необходимостью самообороны, и ссылкой на какую-то туманную статью закона отменил грозивший молодому человеку суд за убийство Митрофанова. Сам Орест меж тем поправлялся от ранения, которое ему нанес его противник в схватке, а Амалия каждый день навещала его и подолгу сидела у его изголовья. Что же до фон Борна и Саши Зимородкова, то их вскоре призвали для доклада в Санкт-Петербург, где их принял сам князь К. Следователи предъявили найденную диадему и рассказали о проделанном ими расследовании. После этой аудиенции фон Борн получил орден и был произведен в следователи по особо важным делам, а Саша Зимородков в московском департаменте полиции пошел на повышение. Драгоценная диадема, украденная у Адриенн Дарье, была в установленном порядке возвращена ее отцу, банкиру Дарье."

"В Ясеневе Амалия собирала вещи, готовясь к возвращению в Москву. Мать, до которой дошли самые нелепые слухи о том, что случилось в усадьбе Орловых, слала Амалии сумбурные письма, на которые девушке не хотелось отвечать.

Вдобавок она грустила. Надвигалась осень, волшебная осень на золотой колеснице сметала с деревьев листья, птицы сбивались в стаи, готовясь к отлету на юг, и с пронзительными криками кружили в небе. Фонтан в саду пришлось отключить, и купидоны на нем сразу же потускнели. Зато в оранжереях хозяина имения наконец-то созрели ананасы, которые Иван Петрович Орлов тотчас же велел подать к столу.