Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Бранила кобеля. Рисовала. Разговаривала по озо, двигая мышкой. Сегодня ей было все позволено. Лантхильда пользовалась свободой на всю катушку. Книги смотрела. Случайно набрела на порножурнал, давным–давно затесавшийся между корешков и прочно забытый. Сперва раскрыла, потом… Сигизмунд уже понял, что сейчас произойдет. Наехал трансфокатором, показал лицо максимально крупным планом. Белесые брови поползли вверх, глаза расширились, рот скривился. По бледным щекам медленно поползла краска гнева. Отбросив журнал, Лантхильда пнула его ногой.

Топнула. Яростно крикнула что–то Сигизмунду.

Он опустил камеру.

— Извини, Лантхильд.

Подобрал журнал и сунул его на шкаф.

Девка долго не могла успокоиться. Бродила из комнаты в комнату и ворчала. Сигизмунд ступал следом — снимал.

Наконец Лантхильда засела у себя в «светелке» и запела. Пела она долго и заунывно. Сигизмунд так и не понял, одна это была песня или несколько. Он сидел на полу и снимал ее снизу.

Звучало все это очень странно. Одни слова тягуче пропевались, зато по другим она будто молотом била.

То раскачивалась на тахте в такт, то вдруг подпрыгивала. Сигизмунда даже укачало, будто на море.

— Ну ладно, девка, — сказал он, обрывая пение. — Аккумулятор вот–вот сядет. Можешь больше не надрываться.

Лантхильда строго посмотрела на него, но песню довела до конца. Потом улеглась на тахту, подложила ладони под щеку и тихонечко вздохнула. Сама себя разжалобила, горемычная.

Сигизмунд пошел в гостиную. Поставил камеру заряжаться. Вернулся к Лантхильде, уселся рядом.

Сидели молча. Ему вдруг жалко ее стало. Никого у нее в этом городе, похоже, нет, кроме него, мудака. А он целыми днями пропадает где–то. И какие мысли в этом таежном котелке варятся?

Он посмотрел на Лантхильду. Встретил ответный взгляд. Привыкли эти светлые глаза видеть что–то такое, чего он, Сигизмунд, никогда не видывал. Тосковали.

— Что–то песни у тебя какие–то… — сказал ей Сигизмунд. — Давай я тебя настоящей песне обучу.

И принялся исполнять песенку крокодила Гены «Голубой вагон».

Сперва с нормальными словами, потом:

Медленно ракеты уплывают вдаль,

Встречи с ними ты уже не жди,

И хотя Америки немного жаль,

Разговор с Китаем впереди…

Это они орали в старших классах, укушавшись дрянного портвейна. И не ведали тогда похмелья, а курить уже многие начали…

Лантхильда испытующе посмотрела на поющего Сигизмунда. Сказала:

— Нии…

— Что нии?

Тут девка выдала еще одну песнь. Правильную — с ее точки зрения. Под такую песнь, возможно, шаманы плясали.