Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Включая меня, здесь было шесть человек.

— О! Доброе утро! Наш глава встал! — кивнул мне с довольным лицом Пётр. Выглядел он отдохнувшим и полностью здоровым, похоже, Нино отработала на совесть. Ничего не напоминало о том, что буквально пару дней назад Корсаков был при смерти. Всё-таки целители — это очень круто!

— Доброе утро всем! — поздоровался я в ответ.

— Так, перебираемся на веранду, — продолжил командовать мой заместитель, — дайте главе спокойно позавтракать!

Народ быстренько убрал грязную посуду, Давид накрыл на стол.

Все перебрались на веранду, а со мной остался Георгий, который выглядел не очень хорошо, как говорится, краше в гроб кладут! Под глазами залегли круги, лицо бледное. Похоже, не спал полночи. Наверняка переживает. Да и в компании моих людей чувствует себя пока чужим.

Он — человек из другого мира, интеллигент, перфекционист и всё такое прочее, а здесь собрались простые вояки. Даже Пётр Корсаков, хоть и образованный дворянин, но легко находит общий язык практически с любым представителем общества.

А вот Георгий не такой, слишком нежный и слабый. Понятное дело, это его не красит, и не добавляет плюсов в моих глазах. Тем не менее, он доверился мне, и я теперь несу за него ответственность. Да и, когда надо, Спиридонов в состоянии взять себя в руки, иначе не достиг бы таких успехов. Не стоит забывать, что он не побоялся и рискнул жизнью отразив копье. В общем и целом, очень достойный человек. Я рад, что он вступил в мой род.

— Может, тебе напиться? — предложил я. — Ну или снотворное выпить. Опять не спал?

— Да, — слегка заторможено ответил Георгий и на всякий случай кивнул головой.

— Пообщайся с Сан Санычем. Он бывший кадровый военный. Много воевал, уверен, что и убивать приходилось. Может быть, поможет чем? — предложил я.

— Спасибо! — снова кивнул Спиридонов. — Напиваться — не лучший вариант. Не решает проблему, просто откладывает её на потом, слегка приглушая боль. Хотя русский человек издревле пьёт и помногу.

Часто от безысходности и невозможности что-то изменить в своей жизни. Моя же жизнь, наоборот, очень резко изменилась, и я думал, что в лучшую сторону. Я теперь паладин. Это огромное доверие, которое боюсь не оправдать. Получив удивительную силу, я первым делом использовал её во зло!

Выдав эту тираду, он замолчал, снова уставившись в стену. Хорошо, что Георгий слегка приоткрылся. Выходит, он переживает не столько из-за убийства людей.