Name: Банда Кольки-куна
Author: Николай Свечин

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Там толпился народ, обсуждал увольнение коллежского советника. Алексей Николаевич как богатей состоял старостой комнаты и главным поставщиком чая; Азвестопуло именовал его за это майданщиком[41]. Теперь чиновникам предстояло сбрасываться из своих, и они возмущались. Кто про что, а вшивый про баню, подумал сыщик. Его спросили про вчерашнее, и он рассказал, как все было. Подошло время обеда. Лыков не уходил, все ждал: неужели так и закончится его служба? Выкинут без прошения, да еще и под суд отдадут? Сергей, мрачный, как туча, ходил кругами и пытался утешить.

Вдруг сыщика позвали к Дурново. Товарищ министра встретил своего давнего подчиненного насмешкой:

— Что, потатчик террористов, получили пинка? То-то. А как меня покойный государь в девяносто третьем вышиб, помните? Вот наш крест: тянешь-тянешь лямку, а взамен шиш с маслом. Хорошо вы, Алексей Николаевич, еще при имении. Не так обидно уходить, как мне."

"Коллежский советник стоял молча и ждал продолжения. Для чего он здесь? Самого Петра Николаевича вышибли, допустим, за дело.

В бытность свою директором Департамента полиции он подослал на квартиру к бразильскому послу агентов, те взломали бюро и выкрали оттуда письма общей их с послом любовницы. И Дурново обличил распутную бабу, бросив украденные письма ей в лицо…. Соперник пожаловался государю, и ревнивца перелицевали в сенаторы. Но Лыкова сенатором не назначат, чином не вышел.

— Следуйте за мной, — лаконично скомандовал Дурново.

Они сели в блиндированную карету с опущенными шторами и куда-то поехали.

Сыщик молчал, ожидая, что будет дальше. Товарищ министра улыбался, причем почему-то со злорадством.

Через сорок минут экипаж остановился. Тайный и коллежский советники вышли. И оказались перед дачей министра внутренних дел на Аптекарском острове. Удивление Лыкова возросло еще больше. Дурново быстро взбежал на второй этаж. Алексей Николаевич едва поспевал за ним и смотрел по сторонам — на даче он был впервые. Вдруг открылась очередная дверь, и сыщик увидел министра.

Булыгин сидел в кресле и пил чай.

Вид у него был помятый: домашняя нанковая куртка застегнута сикось-накось, из-под нее высовывается несвежая нательная сетка, волосы всклокочены. Было такое ощущение, что министр внутренних дел только что отошел ото сна. Увидев вошедших, Булыгин нехотя поднялся, кивнул.

— Вот, привез, — сообщил Дурново.

Александр Григорьевич, казалось, не понимал, о чем речь.

— Что? — спросил он сиплым голосом. Тут из соседней комнаты вошел человек.