Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Он наклонился, поймав мой пристальный взгляд, останавливаясь в нескольких дюймах от моего лица, прежде чем я услышала щелчок возле своего запястья. Посмотрев вниз, я увидела, что он приковал мое запястье и лодыжку наручниками к шезлонгу.

— После того шоу ранее, я полагаю, тебе нужен тайм-аут, — он усмехнулся, целуя меня в лоб, как будто я была каким-то домашним животным или ребенком. — Ты так долго плавала, что пропустила ужин, поэтому я оказал тебе услугу и принес немного, — он указал на блюдо, до которого можно было дотянуться только свободной рукой.

— Приду за тобой утром.

— Что заставляет тебя думать, что я не могу взломать замок, сукин ты сын? — я усмехнулась, натягивая проклятые наручники.

— Я залил замки цементом. Ты не сможешь сломать их, любовь моя, поверь мне, я использовал этот трюк раньше, — сказал он, проводя рукой по моей щеке. — Если ты когда-нибудь снова поднимешь на меня оружие, Мелоди, я надену на тебя наручники, блядь, отправляя вниз головой под воду.

Он снова поцеловал меня, на этот раз в губы, и свободной рукой я ударила его по гребаному лицу.

Его голова дернулась в сторону, прежде чем он повернулся ко мне и подмигнул. Самодовольный, сексуальный ублюдок. Лиам надел мне на палец обручальное кольцо с отвратительно большим бриллиантом. Он отпустил меня, схватил еще несколько полотенец, накинул их на меня и пошел к выходу.

— Скажи, что тебе жаль, и я освобожу тебя сейчас, любимая, и тогда мы сможем начать все сначала.

Он пытался сломать меня, ублюдок.

— Пошел ты и Ауди, на которой ты приехал.

Расстроенный, он провел руками по волосам, прежде чем покачать головой.

— Тогда мы поговорим позже. Ешь. Я бы не хотел привозить тебя больной домой к моей матери, поэтому позабочусь о том, чтобы в комнате оставалось тепло. Всех остальных мне пришлось отправить спать. Спокойной ночи, жена.

— Пошел ты, жених, — сказала я, откидываясь на спинку шезлонга.

Со мной все было в порядке, пока он не выключил свет и не закрыл дверь. Он не знал. Никто не знал, кроме моего отца.

У меня был иррациональный страх темноты. Несмотря на то, что тусклый свет от бассейна все еще освещал небольшое пространство, я все еще чувствовала, как страх ползет по моему позвоночнику.

Ни за что на свете я не стала бы проводить здесь ночь. Вздохнув, я попыталась успокоиться, прежде чем подтащить шезлонг и себя к краю воды, прежде чем прыгнуть в нее.

Я собиралась выбраться из этого сегодня вечером, даже если бы мне пришлось сломать себе руку, чтобы сделать это.