Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Наши инсайдеры посвятили AsadNews в некоторые детали торжества: модный дом Bulgari изготовил для высокопоставленных особ эксклюзивные помолвочные кольца. Авторская паранджа от самого популярного модельера в Анмаре уже готова и ждет своего часа — она без всяких сомнений, идеально подчеркнет красоту новой принцессы…,» — я терпеть не могу этот рафинированный и пафосный телевизионный бред. Мой слух просто отключается, отказываясь воспринимать эту действительность.

Я уже не слышу, как диктор с упоением перечисляет элементы роскоши, предоставленные и купленные к «долгожданному» событию. Лишь чувствую, как пол под моими ногами резко уходит, рассыпается под стопами в щепки, заставляя терять равновесие и ощущение опоры.

Вместо слов ведущего я слышу ультразвуковой шум, перетекающий в пульсирующий ток крови. Барабанные перепонки гудят и стреляют тупой болью.

Кажется, что я вот-вот просто взорвусь изнутри, оставив на стенах нашей спальни с Амираном кровавые следы. Именно так я себя чувствую, когда пялюсь на совместные фотографии Амирана и Джины, мелькающие в чертовом репортаже. Совершенно разные кадры, где мой муж то элегантно помогает Вирджинии выйти из автомобиля, то обращает на будущую вторую жену пристальный взгляд, какой дарил лишь мне.

Последнее видео, где Амиран и Вирджиния запечатлены за совместным ужином, смеющиеся и улыбающиеся друг другу (никаб позволяет мне видеть лишь смущенный взор Вирджинии, но я без труда дорисовываю под тканью улыбку по его выражению), не оставляет мне сомнений: он уже трахнул свою невесту. Когда люди переходят на новый уровень близости это всегда заметно невооруженным взглядом.

Мне не хочется в это верить, но факт остается фактом: скорее да, чем нет.

Мой муж не из тех мужчин, что способны четыре месяца сидеть на «сухом пайке» и мастурбировать под одеялом.

Сука. Я выцарапаю ей глаза, если она хоть еще раз посмотрит на Амирана так, словно он — её мужчина.

Хотя скромности и покорности на фотографиях в Вирджинии куда больше, чем в той беседке, где она бесстыдно лапала Амирана.