Будь моей Брейшо читать онлайн

«Ты такая зануда, тебе обязательно делать это каждый день?»

Мои мышцы напрягаются, когда голос Мэллори заполняет комнату, прежде чем появляется картинка. Пока нельзя видеть ее лица – камера находится позади нее; Мэллори сидит, прислонившись к изголовью кровати. Фон на заднем плане представляет собой большое открытое окно, выходящее в сад.

«Перестань ныть, это не для тебя…» – голос Виктории.

– Вот дерьмо, – говорит Ройс.

Внезапно Виктория в кадре ложится на живот рядом с Мэллори. Та подвигается, и теперь ее хорошо видно.

… мои ребра сжимаются.

Зоуи.

Бросаю взгляд на Рэйвен. Моя дочь точно так же росла в животе своей матери, пока…

Рука Рэйвен сжимает мою, и мы продолжаем смотреть.

Виктория достает что-то из-за спины.

Книга.

Она открывает ее где-то посередине и начинает читать вслух. Это сказки, и она читает их моей малышке, а мы сидим здесь и слушаем.

Длинные светлые волосы Виктории падают ей на плечи, закрывая ее лицо от камеры, и я думаю о том, как бы мне хотелось отодвинуть их в сторону, чтобы увидеть ее губы, как слова слетают с них.

Ее рука скользит в кадр, делая именно это. Она поднимает голову, и в ее глазах я вижу боль и страх. Эти чувства тут же отзываются в моей собственной груди.

Мэллори: «Чего ты испугалась?»

Виктория быстро встает, и запись прекращается.

Следующая запись, еще одна и еще… Живот Мэллори становится все больше.

Смотрим дальше. Ветер развевает волосы Мэллори, когда она стоит перед клумбой с цветами. Должно быть, она слышит что-то, чего не слышу я, потому что поворачивается и хмуро смотрит в камеру.

«Как ты себя чувствуешь?» – спрашивает Виктория.

Плечи Мэллори опускаются.

«Как будто кто-то играет в футбол у меня в животе».

Рэйвен смеется и кладет руку на свой живот, и Мэддок придвигается к ней. «Это немного раздражает», – продолжает Мэллори.

Рэйвен произносит именно те слова, которые слетают с губ Виктории в кадре:

– Совсем нет!"

"Мэллори закатывает глаза и тянется к камере… Нет, не к камере. Она хватает Викторию за запястье и опускает ее руку на свой живот.

«Играет в баскетбол», – шепчет Виктория.

Мы были у нее на уме уже тогда.

Я был у нее на уме.

Нет… – одергиваю я себя. У нее не было никаких причин связывать себя со мной. До меня доходит, что эти записи делались ради хрупкой жизни под ее ладонью.