Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

– Сколько времени у вас уходило на разборку?

– Много. Иногда даже полдня. Но обычно я не участвовал. Винарт сам разбирал и раскладывал по ящикам. Он очень аккуратный.

– Уточним еще раз, молодой человек, – Вилманис зашевелил черными усами. – Насколько я понял, большое помещение выглядит как гараж. Там есть полки и слесарный стол с тисками, ящики для деталей карбюратора и ящики для коробок передач, а к стенам прислонены стекла, двери, брызговики и разные детали из жести.

– В большом помещении Винарт ничего не оставляет.

В доме есть две комнаты поменьше: в одной хранятся детали, а в другой можно переночевать.

– Значит, ни столов, ни стульев, ни… А кузова? Или то, что остается от кузовов?

– Я не знаю, может, он увозит их куда–нибудь в лес и бросает там. Да почти ничего и не остается, если аккуратно разрезать автогеном. Большое помещение Винарт задумал перестроить под зал для гостей, а за перегородкой – сауну. В одном конце помещения есть дымоход. Но пока что там голые стены. Пара табуреток и стол в углу – больше ничего.

Саша ловко взбирается на выступ стены и начинает искать щель в досках, сквозь которую можно было бы наблюдать за двором. Находит, пытается ее расширить. И вдруг падает навзничь в сено, как мальчишка:

– Какое душистое! Вам не понять этого, жалкие горожане!

– Слезай, время не ждет, – с упреком говорит Вилманис. – Будем сейчас искать или приедем утром?

– Надо возвращаться к машине, – Саша спрыгивает с выступа. – Тут все равно нам больше делать нечего. – И слегка подмигивает мне: нужно переговорить с глазу на глаз.

Когда гуськом возвращаемся по старым следам, мы оба тащимся в хвосте."

"– Я хотел бы остаться, если не возражаешь… – говорит Саша. – Зароюсь в сено по самую шею и через щель буду наблюдать за хутором. В Игавниеки есть телеграф, он работает круглосуточно, значит, смогу позвонить. Двадцать пять минут – и я дозваниваюсь до вспомогательных сил. На его совести много всего: надо схватить с поличным! Если он работает с таким размахом, как рассказывал малыш Алпик, то он либо совсем ослеп от жадности, либо думает, что застрахован от провала – отпираться будет долго и упорно.

И это касается не только нас с Вилманисом. Грунского ведь нашли не здесь, а в Риге. К тому же прошло много времени, выпал снежок – попробуй докажи!

– Я думаю о знаменитом выражении Шефа – в кино все сложно, в жизни – просто. Какие только версии мы не перебрали. А видишь, как все банально оказалось – Винарт хочет сложить камин и приглашает Грунского на халтуру.