Джиг-спиннинг читать онлайн

Как-то в конце октября по радио прозвучала информация о прескверном клеве щуки на Пахре. Мне тут же позвонил мой знакомый Алексей Кулешов и сообщил, что только что приехал оттуда, взяв пятнадцать (!) «хвостов». Разница, как вы уже поняли, объяснялась просто: источник информации ""Рыбного дня"" пытался ловить на блесны, забыв, что уже далеко не лето, а Алексей всех щук поймал на поролон.

Я уже упоминал Пахру в одном из примеров. В этой речке нет ничего особо примечательного – просто она мне знакома чуть лучше, чем другие малые реки Подмосковья.

То же самое, я уверен, произойдет и на Дубне, и на Лопасне, и на верхней Москве-реке."

"Джиговая ловля продолжается до самого ледостава. Поскольку лед встает на одних водоемах раньше, на других позже, на третьих никогда, весь переходный период между осенью и зимой, который в наших краях приходится на ноябрь, можно с успехом заниматься своим любимым делом. В это время активность хищника несколько спадает – это чувствуется и по характеру поклевок, и по сопротивлению во время вываживания.

Рыба перестраивается на зимнюю модель поведения. При этом на фоне средненького клева выпадают отдельные дни, когда у рыбы вдруг просыпается волчий аппетит, и «фоновый» клёв переходит в настоящий жор. Здесь стоит отметить, что на разных водоемах он сильно отличается по своей интенсивности. Это отличие зависит от сезона и в ноябре оно, пожалуй, проявляется сильнее всего.

Если брать реки в радиусе 100–150 км от Москвы, то лучший ноябрьский жор на Клязьме, Оке или Верхней Волге (а у серьезного спиннингиста это с десяток «хвостов» за рыбалку) будет соответствовать весьма посредственному для этого времени клеву в низовьях Москвы-реки (здесь в это время такой улов не будет исключительным).

А в те дни, когда москворецких щук и судаков по-настоящему одолевает плотоядная страсть, за день бывает до полусотни поклевок, что на других реках Подмосковья в ноябре случается крайне редко или не случается никогда.

Тем не менее, из-за своего рода брезгливости я предпочитаю до последнего (до шуги и широких закраин) ловить на более чистых водоемах и перебираюсь на Москву-реку, когда почти ничего другого просто не остается. Обычно это происходит в конце ноября, а в 1996 году, с его затяжной осенью, уже после середины декабря.

Декабрь 1996 года оказался для меня примечательным во многих отношениях.