Элоиза, дочь короля читать онлайн

Глава 11"

"Сколь неизбежна власть твоя,

Гроза преступников, невинных утешитель,

О, совесть! наших дел закон и обвинитель,

Свидетель и судья!

""Сколь неизбежна власть твоя"" Василий Жуковский.

ИнтерлюдияЛорд Алистер Донован томился в темнице.

Его скрутили по приказу неизвестного молодого викария. С этим священником он столкнулся впервые, хотя был уверен, что за два года в этом городе перезнакомился уже со всеми значимыми и не очень фигурами Уолсолла.

Как только его заперли в камере и стража вместе с неизвестным викарием вышла, к нему подошёл монсеньор Поль Бризе и мягким голосом сказал:

— Сын мой, мне очень жаль, — и в глубоких голубых глазах в свете факелов отразилось истинное сожаление.

— Не вините себя, отец Поль, — вздохнул Алистер, — я должен был быть осторожнее и проверить, чтобы в помещении больше никого не было.

Молодой лорд удручённо смолк. Он ворвался в церковь и, увидев у алтаря одинокую фигуру монсеньора, тут же во всеуслышание рассказал о близнецах. Как оказалось в зале присутствовал посторонний, тот самый новый священник.

Донован растерялся и выложил тому всё, как на духу.

— Принцесса приехала не одна, а в сопровождении епископа, — добавил отец Поль, вырывая Алистера из воспоминаний.

Сделав шаг назад, святой отец заговорил вновь:

— Мне нужно идти, подумаю, чем смогу вам всем помочь. А ты молись, все молитесь, — громче добавил он, — и пусть Господь будет к вам добр.

И удалился.

— Милорд, — донеслось с другого конца помещения, из самой последней камеры, — вы пришли за нами?

— Джордж, это ты? — прижавшись к решётке, спросил лорд, стараясь выглянуть дальше за ограждение, но, естественно, у него ничего не вышло.

— Да, милорд, я здесь и Амелия тоже.

— Добрый вечер, милорд, — раздался второй голосок, тоньше и звонче, — мне страшно. Здесь темно, холодно, крысы такие большие, одна хотела меня укусить, но Жоржи смелый, прогнал… А ещё я есть хочу…

Алистер кинул взгляд на одинокий факел, висевший около входной двери и наверняка его свет не достигал последних камер, в одной из которых заперли детей.

— Не бойся, Амелия, — он постарался добавить в голос больше уверенности, — нас обязательно выпустят. Не бывает мира без добрых людей. Вы ведь замечательные дети, не причинившие никому вреда. Это значит, что Господь не оставит вас.

Алистер говорил и сам себе не верил. Нет-нет, но капелька дрожи проскальзывала в его голосе.