Name: Фантом памяти
Author: Александра Маринина

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

А уж до какой степени неуместными и болезненно воспринимаемыми могут оказаться нравоучения, когда человек лечится от депрессии, я-то хорошо знаю. Ведь в моей жизни была сестра Верочка, которую депрессия довела до самоубийства.

ГЛАВА 6

Оставшаяся до дня рождения неделя была посвящена изучению и обдумыванию материалов, которые Муся скачала из моего домашнего компьютера. Оказалось, с февраля по конец апреля я неплохо поработал. Конечно, основную массу фактуры мне удалось собрать, как я теперь понимаю, пока я еще дописывал ""Треугольный метр"", но за три месяца, прошедших после сдачи романа о риэлтерах в издательство, я набросал фабулу и прорисовал портреты основных персонажей.

Это мой обычный стиль работы: сперва придумывается костяк сюжета, главные линии и повороты, потом под этот сюжет конструируются действующие лица со своими характерами и биографиями. И только потом я начинаю писать собственно текст. Но до всего этого, до фабулы и характеров, я собираю фактуру. Вот этой самой фактуры в моем компьютере оказалось более чем достаточно, чтобы довести до широкой общественности неприглядную картину существования нашей родной милиции.

У меня, честно признаться, волосы на голове зашевелились от прочитанного. Конкретные имена, звания и должности, названия банков и фирм, денежные суммы (ох, немалые!), преступные группировки и их лидеры, известные политики, беспрестанно мелькающие на телевизионных экранах, - все это оказалось сплетенным в тесный клубок взаимных связей, услуг, обязательств, как выполненных, так и невыполненных, расчетов, конфликтов и разборок.

Хотелось бы понимать, эти имена и названия - настоящие или у меня хватило ума при записи заменить их на вымышленные? Если настоящие, то я не уверен, что моя жизнь стоит хотя бы три доллара. Наверняка меньше. За этими сведениями должна идти охота сразу с двух сторон: одни наверняка захотят их уничтожить, а другие приобрести. Ну и что мне теперь со всем этим делать?"

"Да нет же, нет, не мог я оказаться полным идиотом и записывать в стоящий дома, в неохраняемой квартире, незащищенный компьютер подлинные имена и названия.

И вообще, чего я зря страх на себя нагоняю? Я попал в больницу в конце апреля, Лина вернулась из-за границы только спустя две недели, и все эти две недели квартира стояла, как девушка на панели, доступная и одинокая. Если бы кому-то понадобились собранные мою сведения, их за две недели мог бы получить даже ребенок.