Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Здравия будьте, ваше благородие, — поприветствовал он меня, а потом достаточно дерзко спросил: — А отчего, ваше благородие, мы вам должны предоставлять ключи от нумеров наших постояльцев?

— Оттого, что я собираюсь учинить в нумере обыск, — довольно вежливо ответил я.

— В таком случае — извольте предъявить мне разрешение прокурора на производство обыска. Согласно законов Российской империи, учинение обыска в жилье производится только по разрешению прокурора, выданного в письменном виде.

Я с интересом посмотрел на мужичка.

Видимо, это и есть новый муж Анастасии Тихоновны, который некогда был приказчиком у купца первой гильдии. Ведь знает — уверен в этом на сто пудов, кто я такой и что мне нужно, но решил покуражиться. Чувствуется, что это новичок в нашем городе, а в Тихвине его хозяин имел немалый вес, коли его приказчики борзеют в присутствии судебного следователя.

— Похвально, голубчик, что вы читали законы, — похвалил я экс-приказчика. Потом вздохнул. — Одно плохо, что вы их читали очень невнимательно.

Иначе понимали бы разницу между жильем, и тем жильем, которое сдается в краткосрочный наем. В данном случае, я вам ничего предъявлять не обязан, тем более, что я не знаю, кто вы такой. Кстати, а кто вы такой? Отчего препятствуете проведению следственных мероприятий? Может, мне вас под замок посадить, денька на три?

Я стал высматривать — далеко ли фельдфебель, но тут из-за стойки вышла сама хозяйка. Отдав-таки мне ключ, подхватила своего муженька под руку и потащила по коридору, выговаривая:

— Дурак, ты перед кем кобениться решил? Да Чернавский не то, что тебя, так он и самого Фрола Фомича в каталажку посадит и не поморщится.

Мужичок, оглянувшись через плечо, в тихом ужасе спросил:

— Так что ж ты мне не сказала, что это Чернавский?

Коридор слегка изгибался, семейная пара скрылась из виду. Донесся звон, словно кому-то отвешивали затрещины, а потом появилась улыбающаяся Анастасия Тихоновна. Потирая ладонь, хозяйка гостиницы попросила:

— Иван Александрович, прощения прошу.

Не сердитесь на моего муженька. Дурак он, не понимает, что тут не Тихвин.

— Да я не сержусь, — усмехнулся я. — Если он у Фрола Фомича в приказчиках был, так не должен ведь совсем-то дураком быть. Пусть учит законодательство, особенно то, что касается правил содержания гостиниц и постоялых дворов. И правила проведения обыска. Следователь, в особых случаях, имеет право производить обыск без ведома прокурора. Не дай бог, чтобы это случилось, но пусть знает.