Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Дескать — этот экзамен бывает первым и, исходя из его оценки, преподаватели будут смотреть — что за фрукт такой явился сдавать юридические науки экстерном?

Опять-таки, умные люди посоветовали взять в качестве репетитора молодого преподавателя Учительской семинарии — Леонида Васильевича Афетова. Он не священник, но из семьи священнослужителя, Закон Божий знает прекрасно, иной раз даже батюшку подменяет, а еще может «поднатаскать» меня по латыни и географии.

С латынью, надо сказать, в последнее время получалось не очень.

Конечно, Леночка очень старалась, но нас постоянно отвлекали. То тетушка придет и усядется, посматривая — как там дела, а теперь еще и матушка. Какая уж тут учеба? Так что, еще один преподаватель языка древних римлян не повредит. И по географии тоже следует подтянуться. Кажется, знаю ее неплохо, но проблемы могут возникнуть в другом. Знания, полученные в моем мире, должны как-то сочетаться с нынешними знаниями. У нас, худо-бедно Кольский полуостров освоен, а на нынешних картах он почти одно сплошное белое пятно.

Тоже самое с Сибирью и Дальним Востоком. Начну вещать о Магнитогорске или о том же Череповце, где отстроен металлургический комбинат, профессора могут и не понять. И с названиями тоже проблема. Вот, совсем недавно ломал голову — чем Ставрополь Кавказский отличается от Ставрополя Самарского? Понятно, что раз Кавказский, то на Кавказе. Это тот, что у нас является центром Ставропольского края, а где Ставрополь близ Самары? Неподалеку от Самары есть Новокуйбышевск.

Может, это он и есть[1]?

Так что, пока судебный следователь по особо важным делам готовится к экзаменам, пусть преступный мир Череповецкого уезда подождет. А заодно пусть ждут все семейно-бытовые разборки, дающие нам девяносто процентов смертоубийств.

Леонид Васильевич Афетов оказался очень интересным человеком. Помимо преподавательской деятельности, он изучает историю Череповецкого Воскресенского монастыря, давшего начало нашему городу[2]. Любопытно, что о краеведческих увлечениях преподавателя семинарии я узнал от Василия Яковлевича Абрютина.

— В позапрошлом году, — поведал исправник, — ремонтировали стену Воскресенского собора, углубились немного в землю, мать твою, а там три скелета! Причем, волосы длинные, у двух даже косы сохранились, да и доктор осмотрел, сказал — женские. Я в ужас — а ежели, убили трех баб, да там и спрятали? Странно, конечно, возле храма закапывать, а вдруг? Скелеты, конечно, старые, но расследование проводить надо.