Name: Яма
Author: Борис Акунин

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Я же долго сидел в темноте, прислушивался к сонному дыханию поразительной девушки и мечтал о времени, когда оно будет раздаваться рядом каждую ночь, но только ближе, совсем близко.

Утром во Франкфурте мы пересели на местный поезд и к полудню были в Марбурге.

Первое впечатление от городка было самое приятное. Прилепившийся к пузатому холму, Марбург напомнил мне яблоко – красный от черепичных крыш, похрустывающий инеем, какой-то круглый. Может быть, мне так показалось, потому что по-японски «мару» значит «круглый», и получалось: Мару-буругу – Круглый Город.

А еще, поскольку из-за влюбленности я пребывал в сердечном волнении, Марбург напомнил мне своим цветом и контуром сердце.

О том, как действовать, мы договорились еще утром, в вагоне. План составила Эмма. Он был прост.

Мы с Фандориным сопровождаем Корделию в гостиницу, а Эмма тем временем производит разведку. Гуляющая барышня привлечет меньше внимания, чем «опереточный красавчик» или «азиат» – так выразилась наша невежливая предводительница.

Отель мы выбрали заранее – по рекламному объявлению на вокзале. Гостиница называлась «Wasserfall», «Водопад», и сулилась, что она лучшая в Марбурге.

Извозчик провез нас вдоль живописной речки ни к какому не водопаду, а к невысокой плотине, построенной между двумя прибрежными мельницами. Вода с плеском перекатывалась через дамбу, падала вниз на метр или полтора и разливалась широкой запрудой. Под ивами стоял старый дом в переплетении фахверков.

Это и была идиллическая гостиница «Водопад», которая потом много лет будет являться мне в кошмарных снах.

– У нас с мужем свадебное путешествие, поэтому прошу без вызова нас не беспокоить, – сказала Корделия на рецепции с невозмутимым видом. – Мою компаньонку и секретаря моего супруга поселите по обе стороны от нашего номера.

Из-за мертвого сезона других постояльцев, кажется, не было. Нашему приезду в гостинице очень обрадовались.

Голубки сразу заперлись у себя.

Я отобедал шницелем с кислой капустой, запил пивом. Эта трапеза вдохновила меня на танку:

Шницель надежды,Кислая грусть капусты,Темное пиво.Хмельна, тяжела, горькаБезответная любовь.Настроение, однако, было хорошее. Я ждал возвращения той, кто настроила меня на поэтический лад, и предвкушал встречу с человеком в зеленых очках. По сравнению с тупиком, в котором расследование находилось до появления Эммы, дело сильно продвинулось.