Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

После чего подняла его голову за волосы и ударила коленом по лицу. Силы удара хватило, чтобы стул с привязанным грузом завалился на пол.

— Ну что, будем сотрудничать или мне продолжить? — встав в эротичную позу, спросила брюнетка всё тем же нежным голосом — не советую, ведь если будешь упрямиться, моя подруга достанет из своей сумочки перочинный ножик и будет заживо срезать с тебя кожу.

Ветер поднял стул и снова сел на своё место, всё таким же ровным голосом добавил — я бы её послушал, иначе они забьют тебя до смерти, предварительно хорошенько порезав.

Насчёт денег, ты не прав, точнее н совсем прав. Я из них лично себе не возьми ни гроша. Половина уйдёт в фонд для наших пенсионеров или семей погибших. Остальное используем, чтобы валить шваль вроде тебя в любой точке мира

— Хватит, я отдам счета — разбитыми губами прошелестел Владимир — могу сверху отсыпать информации за свою жизнь. Уверен, тебе понравится, генералом сразу станешь.

— Ничего ты мне не отсыпешь, Вовочка. Зам генерала рассказал достаточно, остальных мы быстро вычислили.

Музыкант не дурак, первым делом притащил его в отдел, где мы с ним хорошо поработали. Ведь твой компаньон в генеральских погонах тебе не доверял и рыл на тебя компромат по полной. Думаешь, эти тихие деньки были просто так? — продолжил Ветер — Музыкант по факту и собственному желанию давно стал палачом на выезде, как раз по таким делам. Но судьба жестока, поэтому это был его последний концерт по заявкам.

— Ты послал его на смерть? — удивился Владимир — и он вот так просто согласился?

— Мы все прекрасно понимали, что теперь у него на лбу мишень, поэтому он решил уйти красиво, забрав с собой лично на тот свет по максимуму — голос Ветра набрался стали — Катя, его сестра, единственная семья, он любил её больше жизни.

Ты забрал смысл жизни у Музыканта. Тебе понравилось, как он развалил ваш гадюшник? Это только начало, собственно мы уже начали."

"Ветер достал телефон, на который сыпались уведомления, одно за другим. Он взял еще один стул, сел напротив Владимира и открыл первое сообщение.

Владимир не знал, что делать, смеяться или орать от ужаса. С экрана летела череда смертей его подчинённых, коллег со смежных ведомств, двух его братьев, которые торговали оружием, запрещённое к вывозу под грифом секретности, сожгли заживо. Он видел записи с беспилотников, как взрывались склады и целые здания, и каждое было ему знакомо. Дальше только хуже. На трёх последних записях спецназ действовал явно за границей необъятной Родины.