Клиника одиночества читать онлайн

Целые толпы! Почему же Любе не достался ни один? В чем ее ущербность?

На этой мысли Люба себя одернула. Раньше, до знакомства с Борисом, она объясняла свое одиночество тем, что ей просто не повезло в юности, а сейчас все мужчины ее возраста женаты. Мысль о собственной неполноценности пришла ей в голову впервые. До сегодняшнего дня она не думала, что ее неприкаянность – не беда, а вина. Слишком разборчива была в молодости, это да, это она за собой признавала. Но может, на самом деле разборчивыми были женихи, не пожелавшие связать свою жизнь с такой малопривлекательной особой, как она?

Недостаточно хороша, недостаточно красива, недостаточно домовита – это внушил ей Борис.

Причем для этого ему не пришлось особенно напрягаться. Достаточно было его самого – недоброго, занудного. Раз за ней осмеливается ухаживать такой человек, значит, в ней самой есть червоточинка.

– Ладно, – вздохнула она, – давайте займемся сексом. Только я не представляю себе, куда я буду втыкать эротические сцены, если по сюжету герои не занимаются любовью до самого конца?

– Милая моя, эротика в литературе и кино – совсем не то, что в жизни! Это отсутствие цензуры развратило нас.

Правильно, зачем думать, зачем искать художественные приемы, если показал на экране половой акт – и все в порядке! Зрителю предельно ясно, что автор имел в виду. На самом деле эротика на экране – это тонкие намеки, наводящие зрителя на мысль о сексе, причем не о животном сексе, а о телесном проявлении человеческой любви. Искусство должно быть иносказательно и символично, иначе это не искусство, а репортаж.

Люба кивнула. Она читала последние статьи в блоге Владимира Федоровича. В них он развивал тему эротики в массовой культуре.

– Даже красивые поцелуи не самое эротичное зрелище, – продолжал Владимир Федорович. – Они передают не томление страсти, а ее реализацию.

Люба пожала плечами:

– Я женщина, Владимир Федорович. Мне трудно угадать знаки, которые настраивают мужчин на любовный лад.

– Старайся, голубушка. Приведу несколько примеров.

Помнишь советский фильм, «Высота», кажется? Ну где «не кочегары мы, не плотники»? Фильм, снятый во времена кровавого режима и жесточайшей цензуры?

Люба задумчиво покрутила шариковую ручку, которой готовилась записывать в блокнот указания. Фильма она не смотрела. Зачем, если все знающие люди в один голос говорили, что это типичная советская агитка, глянцевая и насквозь лживая? А теперь выясняется, что Владимир Федорович углядел в нем какой-то секс...