Ключи судьбы читать онлайн

И этот, должно быть, с тех пор здесь перебивается…

Стоило Мистине задремать, как бродяга – залысый лоб, побелевший шрам, пронзительный взгляд – вновь вставал перед глазами. Не отпускало чувство, что за дверями княгининой избы осталась опасность. Как если у тебя на глазах под поленницей или под кадью во дворе скроется гадюка, и не будет покоя, пока не прибьешь эту мерзость. Воевода ворочался, гнал воспоминание, старался успокоиться, поглаживая теплое тело лежащей рядом женщины. Вдыхал ее запах, и сейчас будоражащий и наполняющий блаженством.

И когда она сквозь сон теплой рукой накрывала в ответ его руку, на сердце становилось горячо, а по душе будто проходило нечто мягкое. Уже более двадцати лет он стремился к ней – сперва невесте, потом жене, потом вдове своего побратима Ингвара, – как ни к чему иному на свете. Как птицы осенью стремятся к Ирию, зная свой путь и не замечая преград. Любовь Эльги Мистина считал величайшим своим сокровищем, и те годы или месяцы, когда она принадлежала ему, были отмечены в памяти огненной полосой. Год назад Мистина наконец завоевал право почти не скрываясь проводить с ней ночи и до сих пор видел в этом дар судьбы и повод для молчаливой гордости. Что бы ни происходило в Киеве, на Руси, на белом свете, – рядом с ней он забывал обо всем до утра. Но сейчас, стоило ему, отвлекшись, погрузиться в сон, как что-то будто толкало его – он вздрагивал и просыпался.

Клятая та Деревская война! Напомнил бес одноглазый, теперь не отвязаться! Мистина не любил вспоминать тот год.

Слишком много потерь и унижений ему пришлось тогда пережить. Руками деревских князей судьба поставила его на перекрестье путей, где каждый был тяжел и, что еще хуже, бесчестен по-своему. Не было от того камня доброго пути. Ингвар ценой своей жизни спас семью и честь побратима. Потеряв его, Мистина оказался перед необходимостью оправдываться в глазах вдовы-княгини. После всего перенесенного ему не стоило труда приставить клинок собственного скрамасакса к своей груди: без ее доверия ему не нужна была жизнь. Тогда Эльга поверила ему, но все случившееся надолго разделило их. И теперь, спустя девять лет, воспоминания того года были как незаживающая язва в душе.

Извод возьми того одноглазого!

Мистина старался думать о другом, даже было задремал наконец… И вдруг сел на постели, среди свежей ночи весны пронзенный могильным холодом.

– Йо-отуна мать…

– Что с тобой? – Эльга тоже открыла глаза и села.