Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Все знали причину слез, Ирини обняла маму за плечи.

– Мы тоже похоронили двоих братьев, как приехали, – объяснила она Алексису. Тот смущенно замолчал, виновато посмотрел на Роконоцу.

– Ты продолжай, продолжай, сынок. Рассказывай. Может там, где-нибудь встретился мой старший сынок Аристотель Харитониди, – попросил Самсон, а у самого набрякли веки, но до слез он, конечно, не допустил.

– Нет, такого не помню, – чуть подумав, сказал Алексис, – нас привезли туда сразу два эшелона, тысяч двенадцать. Так что, не мудрено, дядя Самсон, что возможно мне не пришлось его встретить, да ведь поначалу я совсем был пацаном.

– Мы все его Ариком называли, – не сдавался Самсон, с надеждой вглядываясь в глаза собеседнику. Алексис отвел глаза, промолчал.

– Такой тонкий, как струна. Ну, такой, как Митенька, – уточнила яя София.

– А, может, моего мужа пришлось встретить там, – смущаясь спросила Елени, Эльпидина мать.

– Как его зовут?

Константин Истианиди.

– Знал одного Истианиди, но он молодой парень, моего возраста, звали его Исак.

Елени и другие разочарованно вздохнули."

"– Знаете, – продолжал свое повествование Алексис, – ведь в ту пору много эшелонов с греками отправляли. У меня был друг из Краснодара, грек Саша Феодориди. Он с семьей был депортирован в одном из эшелонов, которые шли из Краснодарского и Апшеронского районов. Всего было два поезда. Как рассказывал мне этот Сашка, он старше меня на пять лет, повезли их по железной дороге в Баку, потом всех сняли с поездов и загнали на пароход и привезли в Красноводск.

В мае там уже было пекло, нечем дышать. Дети умирали десятками.

В Красноводске, в Туркмении, снова погрузили на эшелоны и отсюда они начали колесить по Средней Азии. Были они и в Самарканде, и в Хиве, потом их отправили на Урал, в Челябинск. Потом в Омск, оттуда снова в Среднюю Азию. Сначала в Казахстан в Кызыл-Орду, потом в Узбекистан, в Ташкент. Наконец, поезда повернули в Сибирь: через Новосибирск их привезли в Красноярск, а оттуда по районам – в Туруханский и Манский работать в леспромхозах.

Вот так они путешествовали с мая до августа. Казалось бы, ну не нравится вам греческий народ, не внушает он доверия, так зачем же так мучить его? Отправьте в заранее намеченное место. Туда можно было доехать максимум за три недели, но не за три же месяца… Сколько народа умерло в этих эшелонах! Видимо, одним из главных желаний правительства было извести, как можно ощутимей греков, вселить страх и униженность.

Алексис говорил, как по книге читал.