Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Сегодняшний Харитон ей был понятнее, чем всем остальным, чем родной жене.

После жениха и невесты, Харитон был в центре всей свадьбы. Он смеялся и шутил, танцевал, говорил тосты, пел так, что все заслушивались и все потому, что она здесь. Ей это было ясно, как день. Хотя ни разу к ней не подошел, но и около жены почти не сидел. Эльпида несколько раз уходила покормить ребенка. И Анастасия Андреевна поймала себя на мысли, что она завидует ей. Завидует ее положению жены Харитониди Мити. Ей захотелось исчезнуть, уехать куда глаза глядят, раствориться, чтоб забыли бы все, как и зовут ее.

Как-нибудь она сумеет прокормить себя и сына и больше ей ничего не надо. Сердце защемило от жалости к самой себе: «За что меня Бог так наказывает?» Она заметила, что Харитон смотрит на нее искоса. Понятно почему: узрел ее печальные глаза. Анастасия улыбнулась и заговорила с рядом сидящей тетей Пелагеей, той самой заведующей школы, которая ее устраивала работать в школе еще почти три года назад и не заметила, как Харитон подсел к ним:

– Как ваше бархатное здоровье, уважаемая Пелагея Ильинична? – спросил он певуче, явно под градусом, ласково, заглядывая бывшей своей учительнице в глаза.

От него внушительно несло винным перегаром.

– Ой, Митя, хорошо, хорошо, спасибо, – ответила смущенная неожиданным вопросом Настина тетя, – а у тебя как?

– Лучше всех! Вот сын родился, Георгий, – радостно мотнул головой счастливый отец.

– Знаю, знаю, поздравляю тебя и Эльпиду твою.

– Спасибо, спасибо!

– Как у тебя идет работа?

Харитон, повел глазами на Анастасию и сразу обратил их на заведующую школы:

– А, как может идти работа в магазине? – сказал он небрежно. – Продаем народу необходимые для жизни товары. Сверяем дебет с кредитом. Вот так и живем…

– А, знаешь, – глаза Пелагеи Ильиничны оживились, – у нас нет учителя физкультуры. Может, ты как-нибудь согласился заниматься хотя бы со старшими ребятами, или, можно и с младшими детьми проводить уроки.

Ты ж ведь ходил в техникуме на секцию. Иван рассказывал, какой ты мастер по борьбе. Выручил бы ты нашу школу, – говорила она просительно, – а то – конец сентября, а учителя нет и не предвидится. А?

Харитон был изрядно выпившим, но от неожиданного предложения заметно протрезвел.

– Матушка, Пелагея Ильинична, я б и рад, но не стану же я бросать свою работу, – он мотнул головой, – впрочем, может, стоит подумать.