Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Еще любил посидеть со своим новым баяном на лавочке, поиграть на заказ, то соседям, то гостям. Отдыхать он любил больше, чем работать. Собственно, он мог сделать любую работу лучше других, но для этого ему нужно было особое настроение. Под одно из таких настроений он собрался сделать низенькие стульчики и сделал четыре штуки, красиво покрасил и получились скамеечки – игрушки, хоть на выставку: так и хотелось посидеть на них. Для дома и семьи он не прилагал особых усилий. Полагался на жену. Она и побелит, и покрасит, и огород вскопает, и посадит, и польет, и урожай соберет.

Его же работа заключалась лишь в том, чтоб ходить на работу и отработать положенное время. Даже на стройке собственного дома он работал меньше, чем беременная жена. Зато очень любил свою работу водителя автобуса. Любил Савва творчество. Когда появились микрофоны в автобусах, он непременно приветствовал своих первых пассажиров по утрам и прощался по вечерам. Никто, кроме него, этого не делал. Это уже лет через пять водители стали тоже активно пользоваться микрофоном и то: просто включали стандартную приветственную магнитофонную запись.

"Почему он был таким, Савва сам не знал. Но преодолеть себя не мог. Любил, когда работал во вторую смену, встать с утра, привести себя в порядок, плотно позавтракать, потом пойти в сарайчик, открыть свой любимый, кованный по углам железом, чемодан, открыть его и часами возиться с содержимым в нем. В чемодане были тетради, карандаши, ручки, документы, фотографии, альбомы. Любил писать письма в Осакаровку братьям, другу – куму, который крестил Наталию.

Писал на Кавказ тетке Рае. Она переписывалась со своей сестрой Еленой из Греции и переслала Савве несколько фотографий тетки Елены и ее двух взрослых сыновей, то есть двоюродных братьев Саввы. Он смотрел на фото бравых усатых, хорошо одетых, молодцев и думал о том, что никогда не увидит их. Судя по всему, жизнь у них прекрасна. А то бы, что они так беззаботно улыбались? Кстати, тетка Рая писала ему, что тетя Елена знает тетку Христину, Иринину тетю, сестру Роконоцы, переехавшую в Грецию из Севастополя.

Оказывается, ее сын Василий, стал греческим коммунистом. Даже ездил в Россию по партийной линии и навещал любимый родной город Севастополь.

«Вот где счастливец! – думал Савва, перебирая фотографии. – Мне б такую жизнь! Разъезжает по миру и никаких паспортных проблем!»

Перечитав письма и пересмотрев фотографии, он все раскладывал по местам. Альбомы для фото у него были шикарные.