Name: Мир, который без меня. (Альтернативный гей-роман).Книга 3.
Author: Ольга Любарская

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Я долго думал над причиной столь высокой популярности героя, думал над тем, почему столь огромное количество людей смотрят сериал, и я нашел ответ. В жизни многие люди – геи, просто они не знают об этом. Однако, я благодарен ему за то, что теперь понял. «Я бы хотел быть достаточно смелым, чтобы не делать того, чего не хочу». Это то, что я теперь знаю, и это то, что я пытался показать. Такая роль требовала смелости и наивности…

— Наивности?! — удивленно воскликнул ведущий.

— Именно. Основной причиной участия в проекте была моя наивность.

Я не понимал, на что себя обрекаю, поэтому просто пошел на это. «Порой быть наивным — настоящее благословение, знаете. Быть неопытным в каком-то плане… это невероятно ценно» до определенного времени. «И если бы я знал больше о том, во что ввязываюсь с самого начала, я бы ни за что этого не сделал. Я бы убежал с криком, я бы скрылся, честное слово, я бы сбежал из страны или, как минимум, из штата и сменил бы имя»…

— Весьма откровенное признание, особенно для Рея Макгрегори.

— Для Рея Макгрегори – да. Для меня – нет.

В зале возникло странное ощущение размышления. Все усиленно переваривали сказанное Джимом, словно коллективные мысли вдавливали невидимый поршень, который становился уже вполне ощутимым. Ведущий молчал, наверное, вторую минуту, неопределенно поглаживая подбородок. И хотя Роя не было в зале, он все же и здесь умудрился вызвать свое знаменитое авангардное послевкусие.

— Ну, в общем, да, — наконец, опомнился ведущий. — Не сомневаюсь, что смелость потребовалась всем.

И актерам, и съемочной группе, и даже зрителям. Наверное, это непросто сказать себе: «Я буду это делать. У меня хватит смелости создать сценарий. У меня хватит смелости снять это. У меня хватит смелости это сыграть. И, наконец, у меня хватит смелости это смотреть»."

"— Джим прав, — вступил в разговор Рон Галлилей. — Даже я, как режиссер, не представлял, во что ввязываюсь. Да, мы боялись все. Мы все перед этим где-то работали, но никогда до этого на телевидении нам не представлялась возможность так писать, снимать и играть.

Мы никогда до этого не могли быть столь откровенными, как в этом сериале. Это пугало, но это был вызов. Только сейчас я могу рискнуть, говоря, что это оказалось своеобразным курсом реабилитации себя, как свободной личности. Думаю, что выражу всеобщее мнение, если скажу, что мы все изменились. Все наши персонажи очень неоднозначны. Они не подготовлены для классического представления в сериалах.