Name: Мой лунный эльф, или Как не влюбиться по уши
Author: Алиса Ардова

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Как выясняется, даже для эльфа.

А Торэт продолжал:

— Они вытащили книги из шкафа и расставили их по размеру и толщине. Разложили все вещи по цвету. Ненавижу такое. С детства. Я и от дяди в свое время сбежал, потому что он требовал… — Берриан запнулся и, не договорив, перешел к следующему пункту обвинений: — Отчистили и наточили ритуальный кинжал, хотя это категорически нельзя делать, и теперь его придется менять. Выбросили из кубка, стоявшего на камине, священные угли, еще и отполировали его до блеска. Словно в насмешку.

— Священные угли? — озадаченно повторила я.

— Марг с ними, с углями, — скривился Торэт. — Мне никогда старые традиции не нравились. Но они полили цветок Ланиэ — а это уже проблема. И вообще, выставили за дверь моих друзей, заявив, что, по их данным, комнаты сейчас должны пустовать. Она… они… то есть гости, вынуждены были уйти.

— Так она или они? — уточнил вдруг Семен.

— Теперь уже не важно, — дернул уголком рта эльф.

И Сэм как-то понимающе усмехнулся, шагнул к Берриану и произнес:

— Да, парень, ты попал.

Сочувственно произнес, почти по-дружески, еще и руку эйру на плечо положил. И Берриан даже не подумал его ладонь сбрасывать, а от меня, между прочим, в свое время шарахнулся, как от прокаженной.

Это почему-то задело, и я, прервав затянувшее молчание, выпалила:

— Если они все хорошо… даже «слишком хорошо» убрали, и ты сам это признал, то почему печать до сих пор не исчезла?

При слове «печать» Торэт помрачнел еще больше. Красиво очерченные ноздри яростно затрепетали, тень за спиной увеличилась в размерах, наливаясь чернильной темнотой, и я как-то сразу поняла, что дело не только в гоблинах, точнее, вовсе не в них.

Ко мне эйр пришел совсем по другому поводу.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Глава 6

Он смотрел на иномирянку, борясь со своими эмоциями и родовой магией, которая кипела в жилах, горячила кровь, туманила голову, почти вырвавшись из-под контроля.

Смотрел и молчал. Впервые в жизни он, Берриан Торэт, не знал, что сказать девушке.

Может, из-за ее глаз — настороженных, требовательных, сейчас почему-то густо-золотых, как луна в праздничную ночь Середины Лета. А может потому, что сам не имел ни малейшего представления, что, Марг побери, происходит — и с ее печатью, и с ним самим. Перестал понимать еще несколько часов назад, когда, вернувшись с тренировки, открыл дверь и увидел, что в комнатах пусто.