Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Внутри был СССР: старинные железно-стеклянные прилавки, заваленные стандартным набором еды, и две уставшие за ночь продавщицы в белых фартуках и чепчиках. Обычные женщины, такие же как в Орле, Хабаровске или любом другом российском городе, — только настороженные. Несмотря на то, что я был в полной экипировке и с автоматом, выражение их лиц не изменилось. Люди в форме для них были обычными посетителями. Тут десятый год шла война. Я хотел пошутить или быть игривым, но, глядя на их уставшие лица, передумал. Быстро купив на все деньги еды и сигарет, я вернулся в кузов, и мы двинулись дальше.

Майями

Нас привезли в место с пафосным названием «Майами». Если это и был Майами, штат Флорида, то, по-видимому, прошла ядерная война. «Лесоруб» выгрузил нас у ворот с фигурой обшарпанного грязного гипсового пионера, который держал в руках горн. Второй руки у него не было. Помимо пионера у ворот стояло несколько военных в полной экипировке. Один из них кивнул «Лесорубу», осмотрел нас и грустно улыбнулся. Мы зашли в просторный холл, заставленный столами на тонких железных ножках.

В дальнем углу кучковались изнуренные жизнью люди в камуфляже. Дорога, осень, пасмурное небо и это давно не ремонтированное здание и его обстановка лишали наш крестовый поход последнего романтизма. Нас завели в палаты и предложили располагаться. Мы сняли свои доспехи и пошли на разведку. По периметру здания шел балкон, с видом на желто-серые поля и посадки из чахлых деревьев с остатками листвы. Мы достали сигареты и закурили.

— Как думаешь, Леха, что это за место?

— Хрен поймешь.

Передержка какая-то, или госпиталь.

На балконе стояла группа местных жителей. Выглядели они зачуханными. Помятые и небритые лица, не сильно новая форма свисала с них, как опавшие паруса. Большинство было с повязками на разных частях тела. Они повернулись нам навстречу и осмотрели снизу доверху.

— Привет, мужики — первым заговорил с ними «Напор».

Он был местным и поэтому чувствовал себя тут как дома. Он родился и вырос на Донбассе. Когда начались военные действия, ему не было и восемнадцати.

Воевать он пошел почти с самого начала и периодически уходил из армии ДНР, чтобы снова вернуться. Есть такие люди среди военных, кого война засасывает и больше не отпускает. Как моего друга из Владивостока.

— Привет, — нехотя ответил местный. — Зак-кур-урить, есть что н-ни-будь путевое?

— Что за располага? — спросил «Напор» протягивая им сигареты. Несколько рук потянулось к его пачке.

— Б-б-больничка. Мы тут на от-т-тяжке.