Московский инквизитор читать онлайн

Пелагея задумалась, пожала плечами и недоуменно сказала:

— Собутыльников по молодости у него полно было, а вот, чтобы друзей? Славка Макака…

— Господи, твоя воля! — не сдержался Лев. — Неужели у него фамилия такая?

— Да нет! — махнула рукой старушка. — Колька его так и прозвал. Маленький да щуплый, он по деревьям действительно как обезьяна сигал. С детства воровством промышлял, по домам лазал. Сначала на него и не думал никто, на соседей и овражных грешили, а потом застукали его как-то раз, тут-то правда наружу и вылезла.

Пожалели его на первый раз, отпустили, а он опять за свое. Ну что ты с ним делать будешь? Поймают его, а бить боятся — еще пришибут ненароком. Так вот он, как Жорка Грозный в армию ушел, возле Кольки стал тереться — все-таки защита.

У Гурова даже ладони вспотели, едва он это услышал — прав он был, когда думал, что подельников Егорова нужно искать среди друзей его детства и молодости.

— Так… — начал было он, но Пелагея, поняв его, тут же перебила:

— Нет его тут.

Он же то сидел, то выходил. У домишки его крыша уже с землей сровнялась, охотников на него не нашлось, так он просто участок свой продал и уехал. Чтоб не соврать, или в конце 2004-го или в начале 2005 года.

— А Жорка Грозный это кто? — поинтересовался Лев."

"— Да Иванов он на самом деле. Отец его, Сашка, тоже из приезжих. С сестрой Ольгой в 1957-м откуда-то из Средней Азии приехал. Дом их с другой стороны от Егоровых стоял — нет его уже теперь, стоянка там. Сам-то на завод пошел работать, а сестра его — посудомойкой в столовку, потом уже в буфетчицы ее перевели.

Ох, орел был мужик, хоть и не молоденький уже! Бабы вокруг него, как мухи над вареньем, вились. Но цену себе знал! Долго присматривался! А как женился, все аж ахнули! Он же мог себе такую красавицу выбрать! Ни одна бы не отказала. Нет, Аллочка славная девушка была, но такая… Неброская. Миленькая, хорошенькая, скромная — она в детсаду воспитательницей работала. Потому-то в девках и засиделась — двадцать шесть ей уже было. Вот Жорка у них в 1960-м и родился. И ведь от горшка два вершка был, а уже с характером! А Аллочке все дочку хотелось. Вот на свою беду и забеременела, — Пелагея тяжко вздохнула. — Дочку-то она родила, Леночку, а сама умерла — кровотечение открылось, а остановить не смогли. Ох, как Сашка убивался! Аж почернел весь. Нет, бабы-то у него потом были, но вот в дом никого не привел — мачехи детям не хотел, ими Ольга занималась.