Назову своей читать онлайн

В просторном холле с фикусами по углам, четырьмя лифтами и диваном у окна стояла Люба, смотрела на огни ночного города, обхватив себя руками, словно озябла. Может и правда замёрзла, в холле было прохладно, а на Любе – лёгкий халат.

– Не спится? – решился Игнат нарушить одиночество Любы.

– Ой, – вздрогнула она. – Там…

Люба неопределённо взмахнула рукой, быстро протёрла следы слёз со щёк. Игнат предпочёл не заметить жеста. Физическое состояние Любы больше не вызвало опасений, её перевели из реанимации в обычную палату на неделю позже Шуры – слабую, беспомощную, но живую, с реальными перспективами на выздоровление.

А вот психологическое, похоже, пострадало, впрочем, Игнат в душу не лез. Отчётливо понимал, что человеку и без излишнего внимания тошно.

Предпочитал помогать делом. Оплатил отдельную палату, как у Шуры, сиделку на первых порах, от которой Люба отказалась сразу, как только смогла встать с постели. Не хотела считать себя должной посторонним людям. Успела даже поругаться с Игнатом, вернее, попыталась, но тот слушать не стал, лишь успокоил, заверив, что ничегошеньки она должна не будет.

Глупости какие!

Люба Барханова – не просто несостоявшаяся жена, она единоверка, а это связывает крепче любых уз. К тому же, Игнат был ей благодарен за то, что тогда отказалась. Наверное, можно сказать, что в случае согласия не случилось бы с Шурой того, что случилось, но счастье, которое пронизывало Игната рядом с женой, эгоистично не позволяло допустить мысль, что так было бы лучшее.

В итоге в атаку пошёл генерал-полковник собственной персоной.

Навестил упрямую женщину лично, сделал часовое внушение на правах старшего. С Калугиным-старшим Люба спорить не стала. Смирилась с отдельной палатой, передачами, которые исправно носил Игнат от матери, от Лены с Николаем, от себя лично. Особенно после того, как Пётр уехал в родные Кандалы, забрав внука.

Мальчику требовалось длительное лечение. Пётр дисциплинированно записал рекомендации, поклялся, что непременно будет исполнять всё-всё, что прописали врачи детской больницы, но при этом рассудил, что именно тишина таёжного посёлка, свежайший воздух, простор требуются внуку для того, чтобы забыть произошедшее.

Да и жене требовалась помощь. Не разорвёшься. В Кандалах же на подмогу придут общинники, да и Полина обещала выручить.

Для Любы это стало ещё одним ударом, сынишка значил для неё много, но спорить с отцом она не стала. Не справилась бы она сейчас с Кирюшкой, и отцу не разорваться.

– Смотри, первый снег.